Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Вторник, 27 06 2017
Home / Конспирология / О карандаше Сталина

О карандаше Сталина

Историк Арсен Мартиросян выясняет, начертал ли Сталин матерную резолюцию  на донесении разведки?

stalin

Уважаемая газета МО РФ «Красная Звезда» оказала честь автору настоящего материала и в номерах от 1 и 7 сентября с.г. опубликовала предложенную им статью под названием «Карандаш Сталина».

Статью сразу же стали интенсивно и критически обсуждать, а буквально через пару дней после публикации ее второй части на соответствующих форумах в Интернете поднялся форменный галдеж и дикий лай в адрес автора, в том числе и с нецензурными оскорблениями. Особенно из уст одного, откровенно смахивающего на персонаж знаменитой песни выдающегося барда России В.С.Высоцкого о Канатчиковой даче. Что ответить этому психопату? Только одно — как говаривал протопоп Аввакум, «еще вчера был блядин сын, а теперь вот – батюшко».

Ничего удивительного в поднявшемся галдеже и вое нет, как, впрочем, и в том, что мгновенно полетели «критические стрелы».  Последнее и вовсе не представляло труда предвидеть. Ведь в оборот с критическим анализом был взят один из наиболее лакомых «документальных аргументов» для нападок на Сталина. «Аргумент», который якобы свидетельствует, что-де Сталин настолько не доверял сообщениям разведки о скором нападении Германии, что начертал матерную резолюцию, а сам в это время якобы готовился напасть на несчастного Гитлера. «Аргумент», который постоянно используется для маргинализации и оглупления образа Сталина как руководителя государства в глазах ныне живущих. Но разве во главе с глупым маргиналом (коим Сталин никогда и не был) можно было выиграть войну? Разве во главе с глупым маргиналом СССР стал бы одной из всего лишь двух сверхдержав?!

Проще говоря, отчаянный галдеж, дикий лай и истошные завывания в Интернете отчетливо показали, что задетым оказался один из самых тщательно оберегаемых постулатов в концепциях антисталинистов всех мастей и шерстей, малейшее покушение на который воспринимается запредельно болезненно. Ибо действительно совершенно не случайно практически мгновенно весь сыр-бор перекатился на стезю ожесточенно яростного, в значительной степени запредельно злобного, зачастую с невероятными оскорблениями обсуждения вопроса о том, намеревался ли Сталин нападать на Германию, действительно ли он вынашивал такой план, или же все-таки ничего подобного не было. Вот куда протянулась нить от элементарной попытки разобраться в вопросе о том, писал ли Сталин матерную резолюцию или нет! Небезынтересно в этой связи заметить, что впервые такая попытка была предпринята автором еще восемь лет назад. Восемь лет не замечали — до жирафа и то быстрей доходит…

Чем шире и злобней становилась полемика в Интернете, причем не столько даже из-за содержания статьи, сколько уже из-за того, собирался ли Сталин нападать на Гитлера или нет, то автор пришел к выводу о необходимости полного раскрытия всех имеющихся у него карт.

И дело, прежде всего, в том, что автор специально пошел на такую публикацию, дабы спровоцировать интересующихся историей войны представителей блогосферы, особенно некоторых неистовых блогеров, чтобы они раскрылись.

Цель двояка и более чем проста. В связи с грядущим в следующем году 75-летием начала войны более четко выявить интеллектуальный настрой в Интернете. Ведь Интернет, увы, уже играет достаточно серьезную роль в формировании тех или иных настроений и позиций в обществе. И, к большому сожалению, далеко не всегда только положительную роль.

А попутно вынудить некоторых особо неистовствующих блогеров полностью показать свою истинную никчемность. Так оно и вышло – они таки и показали свою никчемность, а заодно и безмозглость, причем во всей красе. Именно поэтому-то в опубликованной в «Красной Звезде» статье автор специально подставился, показав в тексте статьи некоторые источники, опираясь на которые они могли бы с места в карьер ринуться разоблачать автора. А уважаемый друг и единомышленник О. Ю. Козинкин помог быстро закинуть кость в собачатник. Все вышло именно так, как и было запланировано. Вцепившись в подброшенную им кость, злобствующие блогеры не увидели и не могли увидеть главного. Зато себя показали!..

А теперь по существу и запредельно конкретно, с раскрытием всех источников.

Действительно, одна из заповедей исторической науки гласит, что «от времени до времени очень полезно подвергать пересмотру наши привычные исторические понятия для того, чтобы при пользовании ими не впадать в заблуждения, порождаемые склонностью нашего ума приписывать своим понятиям абсолютное значение».

Что ж, не согласиться со столь здравым мнением невозможно. Тем более что и впрямь историческая наука не стоит на месте. Каждый день появляются все новые и новые, в том числе и документальные факты, позволяющие обоснованно подвергать наши привычные исторические понятия пересмотру, дабы не впадать в заблуждения, порождаемые склонностью нашего ума воспринимать как истину в конечной инстанции те утверждения, которые когда-то были навязаны…

Одно из таких утверждений было навязано еще 25 лет назад. С подачи журнала «Известия ЦК КПСС (№ 4, 1990, стр. 221) четверть века назад в исторический оборот псевдокументально был введен тезис о том, что, не доверяя донесениям разведки о скором нападении Германии, Сталин собственноручно начертал матерную резолюцию на одном из ее сообщений. На том самом, которое поступило к нему за пять дней до нападения Германии.

Безымянныйыаываываыва

Псевдодокументально, потому что упомянутый выше журнал опубликовал текст документ, о котором ниже пойдет речь, но не в виде фотокопии, а только его содержание.

Кстати говоря, некоторые комментаторы и блогеры глубокомысленно вопросили в связи с публикацией автор, что-де не грех было бы опубликовать сам этот документ. Тем самым выставили себя на посмешище, как очевидные незнайки. Ну, вот им и ответ – четвертьвековой давности. Как говорят в армии, тщательно изучайте матчасть.

А теперь о самом документе.  Речь идет о записке № 2279/ М от 17 июня 1941 г. наркома госбезопасности В.Н. Меркулова И.В. Сталину, В.М. Молотову и Л.П. Берия с приложением сообщений агентов берлинской резидентуры НКГБ СССР «Старшины» и «Корсиканца». Впервые с указание координат архивного хранения — ЦА ФСБ. Ф. 3 ос. Оп. 8. Д. 58. Л. 1914-1916 – копия документа была опубликована под № 72 в подготовленном ФСБ и СВР РФ в содружестве с «Мосгорархивом» сборнике «Секреты Гитлера на столе у Сталина», М., 1995, стр. 161-163.

В сообщении указывалось, что Германия полностью завершила все военные приготовления для нападения на СССР. Более того, что она готова к нападению в любое время. Агент имел  в виду, что в любое время, следующее за его сообщением (в сообщении также были указаны  объекты бомбардировок и назначении начальников военно-хозяйственных управлений на будущей оккупированной советской территории).

Не будем сейчас разбирать суть этого сообщения. Скажем только одно – в ряде ее пунктов была дезинформация, но агента в этом обвинять не стоит. Германская контрразведка работала тогда в поте лица и распространяла разнообразную дезинформацию, на которую агент и напоролся, а затем передал своим кураторам из советской разведки.

Наиболее буйные комментаторы попытались обвинить автора в том, что он не по делу охарактеризовал это сообщение агента как махровую дезинформацию. Но если бы они руководствовались бы здравым смыслом, что, очевидно, для некоторых из них весьма затруднительно, то могли бы обратить внимание на следующее. Что в пункте 3 были названы объекты, которые германская авиация будет бомбить в первую очередь: электростанция «Свирь-3», московские заводы, производящие отдельные части к самолетам (электрооборудование, шарикоподшибники, покрышки), а также авторемонтные мастерские. Это и есть махровая дезинформация, ибо в первую очередь их бомбить не могли. Германские ВВС в тот период времени не обладали бомбардировщиками, способными со своих приграничных аэродромов на территории рейха дотянуться до Москвы. В вопросах авиации того времени Сталин разбирался не хуже любого авиаконструктора, что они впоследствии и признали в своих мемуарах. Особенно авиаконструктор Яковлев.

В этой связи не могу не отметить, что на одной из страниц своих мемуаров знаменитая советская разведчица Зоя Ивановна Воскресенская/Рыбкина – «Под псевдонимом Ирина. Записки Разведчицы». М., 1997 – привела интересный документ, который привожу полностью, в котором есть любопытная характеристика «Старшины»:

«ПИСЬМО № 46

от 5/IV 1941 г. тов. Захару. Берлин

О Старшине и Корсиканце

  1. За последнее время мы буквально со всех сторон получаем агентурные сообщения о готовящейся германской акции. Эти сведения во многом, даже в сроках совпадают с данными Старшины и Корсиканца, причем при сопоставлении их оказалось, что все они идут из германских округов или с территорий, оккупированных Германией.

Вместе с тем в американской и английской прессе в последнее время настойчиво и упорно предсказывают вторжение германских войск в Сов. Союз, оккупацию немцами Украины, «дешевую и молниеносную войну, которая вознаградит всех немцев», и т. д.

Такие статьи были помещены в мартовских номерах газет «Чикаго дейли ньюс», «Нью-Йорк геральд трибюн» и в «Нью-Йорк таймс». В английской газете «Дейли экспресс» во второй половине марта была помещена статья, в которой говорится о «секретной подготовке» Германией войны против СССР, о создании «антибольшевистского генштаба» в Кракове, о концентрации военных сил под Краковом, которые предназначаются для нанесения главного удара против СССР, и т. д.

Такое обилие агентурных сведений о «секретной подготовке» Германией этой акции, оживленная дискуссия этого вопроса в англо-американской печати наводит на мысль, не имеет ли здесь место широко задуманная инспирация или

а) самих немцев с целью оказать таким образом давление на СССР и получить уступки по какому-либо вопросу, или

б) англо-американского блока с целью добиться трещины в советско-германских отношениях и переадресовать германскую агрессию на Сов. Союз.

Весьма возможно, что здесь переплетаются оба явления.

При этом агентура может являться простым рупором этих слухов, которые специально инспирируются как той, так и другой стороной.

Однако эти предположения отнюдь не должны демобилизовать нашу бдительность к этому вопросу. Наоборот, Вам нужно тщательно фиксировать и сообщать немедленно нам все сведения, получаемые Вами от агентуры по этому вопросу. Старайтесь как можно точнее передавать изложение этого вопроса агентом и выяснять первоисточник этих сведений.

Старайтесь по возможности сразу же на месте предпринимать проверку агентурных сведений, не дожидаясь наших указаний по этому вопросу, например, вопрос о прекращении частных перевозок по жел. дорогам, о концентрации войск в том или ином районе и др., что Вы можете проверить собственными силами или через агентуру.

Работу со Старшиной следует максимально активизировать. Из Ваших сообщений видно, что Старшина отлично понимает, кому и для чего нужны его сведения. Ему следует объяснить, насколько важно нам иметь по этим вопросам документальные материалы или хотя бы копии их.

Между прочим, в одном из сообщений Старшина указывает, что немцы готовят планы бомбардировок против Выборга и Ленинграда с одной стороны, против Киева и Яссы с другой.

В следующем сообщении Старшина говорит, что немцы готовятся подвергнуть бомбардировке Киев, Яссы и другие города Советской Украины. Между тем известно, что Яссы — румынский город. Такое невежество со стороны Старшины, который специально занимается этим делом, выглядит странно.

  1. Активизация работы со Старшиной никоим образом не должна отражаться на работе с Корсиканцем.

Нужно добиться регулярного получения от него материалов его ведомства, главным образом, о потенциале экономических ресурсов Германии, о торговых договорах с другими странами, о положении валютного рынка и т. д., о чем мы уже неоднократно указывали.

Вместе с тем поговорите с Корсиканцем, кого из его близких людей можно также непосредственно переключить на связь с нами. В первую очередь обсудите вопрос о Греке, Итальянце и Кузене. Нас также интересует дальнейшее изучение Лебера (в будущем Брэм) и Головы. Определите, наконец, кто такой Икс, почему Корсиканец упорно не называет его имени» (мемуары цитируются по Интернету).

То есть, судя по всему, информация «Старшины»  уже не раз вызывала в Центре недоуменное удивление. И то, что в письме в его адрес высказан серьезный укор – не случайно. Ведь он же занимал пост начальника 5-го отделения разведывательного отдела ВВС. В руководимое им отделение поступали все сообщения германских военно-воздушных атташе из всех стран мира. Среди его источников был Б.Шмидт, который отвечал за хранение секретных карт с нанесенными на них целями для бомбометания. Проще говоря, выходит, что Шмидт распространял дезинформацию, которую заглатывал «Старшина» и затем передавал своему куратору из советской разведки. Отсюда и столь резкий укор Центра – «Такое невежество со стороны Старшины, который специально занимается этим делом, выглядит странно».

Увы, но, мягко выражаясь, именно невежественными сообщениями «Старшины», которые в ГРУ и ГШ направлял НКГБ СССР впоследствии оправдывались маршалы, пытаясь хоть как-то объяснить причины трагедии 22 июня, в том числе оправдать то обстоятельство, что Генштаб почему-то проморгал наиболее сильный удар вермахта именно левым крылом, главным образом по Западному особому военному округу. Кто заинтересован узнать подробности, рекомендую свою книгу «Сталин и разведка накануне войны», М., 2014, стр. 153-156, 275-281

Да и весь смысл того пункта, где говорилось о первоочередных объектах бомбардировки, мягко говоря, не отличался адекватностью. Потому что германский вермахт, в том числе и ВВС, был полностью сосредоточен на стратегии блицкрига, которая предусматривала максимально полное уничтожение живой силы, а также боевой техники противника уже в приграничных сражениях. А ВВС отводилась роль прокладывателя свободной дороги для танковых и механизированных войск вермахта, сконцентрированных  в соответствующих 4 группах, которые должны были стремительно прорываться вглубь советской территории. Ведь это же была основная ударная сила германских войск.  Вот почему и  была использована оценка – дезинформация.

Впрочем, днем 21 июня Сталин все-таки отдал приказ командованию МВО о приведении ПВО столицы в повышенную боевую готовность. Проще говоря, угрозу возможного налета на Москву Сталин вполне учел и необходимые меры принял, когда это конкретно понадобилось.

Что же касается фактически единственной, по настоящему ценной  информации, которая полностью адекватно соответствовала реалиям того дня заключалась в том, что Германия уже полностью изготовилась к нападению на СССР. Однако и эта, единственно ценная часть была слишком общей. В вопросах войны и мира всегда нужна запредельная конкретика. Малейшая ошибка может слишком дорого обойтись. Не говоря уже о том, что утверждение  о готовности Германии напасть в любое время после информации агента  – так это еще надо было проверить полностью ни от кого и ни от чего независимым образом. Но об этом скажем чуть ниже.

Сейчас для нас самое главное в этом документе — якобы имевшая место матерная резолюция Сталина. Именно ей выпала дурная «честь» под 50-летие Победы обрести «статус» особо подлого аргумента против Иосифа Виссарионовича. Именно тогда этот документ с якобы начертанной Сталиным матерной резолюцией был выставлен на всеобщее обозрение на посвященной 50-летию Великой Победы выставке на Поклонной горе.

 Фотокопия №1

Безымянныйфывфыв

Теперь «резолюция» везде цитируется в статусе некоего доказательства того, что-де якобы вследствие своей якобы параноидальной подозрительности Сталин настолько никому и ничему не верил, что все данные разведки воспринимал лишь матерно. Ведь все ссылаются на то, что такой (вроде бы) факт имел место быть. К примеру, 12 сентября с.г. в 10 утра по РТР показывали документальный фильм «Зоя Воскресенская. Мадам совершенно секретно», в котором в качестве одного из экспертов выступил историк Н.Долгополов, являющийся заместителем главного редактора «Российской газеты». И он тоже  упомянул об этой резолюции, правда, не рискнул дословно ее произнести на камеру. Так в чем же дело?

Что касается паранойи, то Сталин никогда не страдал паранойей и это уже давно доказано. Внучка выдающего русского ученого Бехтерева еще в середине 90-х гг. прошлого века открыто признала, что на нее давили из ЦК КПСС, чтобы она озвучила эту гадость о Сталине, приписав этот диагноз своему дедушке.

Некоторые особо буйные комментаторы попытались съёрничать – мол, интересно было бы знать, кто были эти «давители». Ну и зачем же нужно прилюдно выставлять себя незнайкой?! Ведь на все эти вопросы ответы давно уже даны и опубликованы. Оглашаю список: Аргументы и факты. 1995, № 39, с. 3. Именно здесь было опубликовано соответствующее интервью внучки Бехтерева.  Пыхалов И.В. Самые подлые мифы о Сталине. Клеветникам Вождя. М., 2012, с.62. В свою очередь Пыхалов ссылается на Шерих Д.Ю. Невская застава. Берег левый …  М., 2006, с.60. Так что вновь призываю – тщательней изучайте матчасть…

Теперь о том, что есть более важное и тем более главное. Давно покойный к моменту первой публикации этой якобы имевшей место матерной резолюции предвоенный начальник разведки Лубянки П.М. Фитин (умер 24.12.1971 г.) еще при жизни описывал это событие в следующем виде (дело в том, что, ознакомившись с этим спецсообщением, Сталин тут же вызвал к себе и Меркулова, и Фитина): «В кабинете Сталин был один. Когда мы вошли, он сразу обратился ко мне: «Начальник разведки, не надо пересказывать спецсообщение, я внимательно его прочитал. Доложите, что за источники это сообщают, где они работают, их надежность и какие у них есть возможности для получения столь секретных сведений». Я подробно рассказал об источниках информации. Сталин ходил по кабинету и задавал различные уточняющие вопросы, на которые я отвечал. Потом он долго ходил по кабинету, курил трубку, что-то обдумывал, а мы с Меркуловым стояли у дверей. Затем, обратившись ко мне, он сказал: “Вот что, начальник разведки, нет немцев, кроме Вильгельма Пика, которым можно верить. Ясно?”. Я ответил: “Ясно, товарищ Сталин”. Далее он сказал нам: ”Идите, все уточните, еще раз перепроверьте эти сведения и доложите мне”».

Один буйно бесноватый «специалист по левой ноздре» (выражение Ф.М.Достоевского) в неистовстве воскликнул по поводу этих воспоминаний П.М.Фитина: «Расследование по теме «Где был Сталин между 18 и 29 июня 1941 г.» показало, что в то время в мемуарах людей, которые могли встречаться со Сталиным, как правило, возникали сцены такой встречи. Однако, их сравнение с изданным гораздо позже «Журналом посетителей» и по другим данным показывает, что их очень сильно фальсифицировали. Вот и в случае с Фитиным «Журнал посещений сталинского кабинета» показывает, что 17.06.1941 Сталина посетил Меркулов один (без Фитина). Точнее, с ним были Кобулов и Грибов, но не Фитин. Причем, в кабинете Сталин не был «один» – там был еще и Молотов».

Во-первых, только окончательно и натурально свихнувшиеся на зоологическом антисталинизме особо буйные «специалисты по левой ноздре» могут заниматься расследованием по теме «где был Сталин между 18 и 29 июня». Нормальные люди занимаются исследованием актуальных вопросов Истории.  Уже давно опубликована толстенная книга «На приеме у Сталина. Тетради (журналы) записей лиц, принятых И.В.Сталиным (1924-1953 гг.). Справочник. Научный редактор А.А.Чернобаев. М., 2008. Это серьезное и вполне официальное издание. И там все четко указано, где он был и кого принимал. Так что не стоит демонстрировать явно нездоровое «глубокомыслие» на пустом месте. К тому же, если ссылаться на какой-то документальный источник, то необходимо приводить его точное название, а не блогерскую отсебятину.

Во-вторых, о каком таком Грибове этот «специалист по левой ноздре» упомянул – не понятно.  Вместе с В.Н.Меркуловым в 20 ч. 20 мин. 17 июня в кабинет Сталина зашел Б.З. Кобулов, вышли они  в 21 ч.00. Затем прибыл командующий ВВС П.Ф.Жигарев – зашел в кабинет в 0 ч.45 уже 18 июня, вышел в 1 ч.50 мин., но по журналу он проходит как посетитель 17-го июня (упомянутый источник, стр. 337).

А то, что П.М.Фитин не отражен в журнале записей лиц, принятых Сталиным – так ничего удивительного в этом нет. И не надо по этому поводу устраивать вакханалию бессмысленных поисков. Он пришел туда вместе со своим наркомом, секретарь Сталина Поскребышев отразил в журнале именно Меркулова, как наркома госбезопасности, и его заместителя Кобулова.

Проще говоря, входившие в кабинет Сталина вместе со своими начальниками  подчиненные явно не фиксировались в этом журнале. Для примера можно сослаться на мемуары управляющего делами СНК СССР Чадаева, который, согласно его воспоминаниям, регулярно стенографировал совещания у Сталина. В том числе и 22 июня. Однако его фамилию практически невозможно найти в этом журнале. Так, Чадаев уверял в своих мемуарах, что протоколировал оба совещания, состоявшиеся в кабинете Сталина 22 июня – с 5.45 до 12.05 и с 12.30 до 16.45. Но в журнале, подчеркиваю, он не отмечен. По всей видимости, определенный круг лиц уровня секретарей и помощников наркомов, начальники управлений в наркоматах действительно не фиксировались в журнале лиц, принятых Сталиным. Если, конечно, они не лично Сталиным вызывались на прием.

Вот и все. Никаких тайн возникнуть не может, если смотреть на это трезво и объективно, а главное, без злобно антисталинского психоза, коим некоторые бесноватые очень сильно страдают.

Теперь о том, почему Сталин отреагировал именно так. Мог ли он в принципе резко отреагировать на такое сообщение, например, устно, на сообщение о том, что московские автомастерские явятся главными объектами бомбардировки германскими ВВС?

И вот здесь приходится вспомнить, что к этому моменту Сталин уже знал, что министр иностранных дел Германии И. Риббентроп дал указание германским послам в Риме, Токио, Бухаресте и Будапеште о проведении особой акции по дезинформации. Ее смысл сводился к следующему. Чтобы  до сведения правительств этих стран, а через них и до Советского правительства, была бы доведена информация о том, что Германия намерена «самое позднее в начале июля внести полную ясность в германо-советские отношения и при этом предъявить определенные требования». Называю источник: Akten zur deutschen auswärtigen Politik. Serie D. Bd. XII, 2. Baden-Baden, 1961. Dok. № 631. Приводится по: Вишлёв О.В.  Накануне 22 июня 1941 года. М., 2001, с. 58. Der Tagebücher von Joseph Goebbels. Sämtliche Fragmente/ Hrsg. von E. Frölich. München etc., 1987. Teil 1. Bd. 4, S. 696

В части же касающейся столь жесткого резюме Сталина в отношении того, кому из немцев можно доверять, то здесь следует отметить следующее. Хоть и с перехлестом было сказано, но на тот момент, очевидно, по-другому и невозможно было. Кстати, и это тоже можно расценивать как очередное подтверждение того, что Сталин ни на йоту не доверял Гитлеру, что неоднократно, но безосновательно утверждали многие мемуаристы, а «комментаторы» их мемуаров и прочие историки беспочвенно утверждают до сих пор. А теперь к ним добавились еще и бесноватые комментаторы в Интернете

Автор не случайно в расширенном виде повторил то, что уже было опубликовано в «Красной Звезде».  Дело в том, что в комментариях уже прозвучало возмущение по поводу того, а зачем автор привел информацию о том, что-де Германия намерена «самое позднее в начале июля внести полную ясность в германо-советские отношения и при этом предъявить определенные требования». В частности, было заявлено, что «ну и к чему здесь этот «пассаж»? О каких еще «требований» к СССР со стороны Германии могла идти речь? Почему нигде не упоминается обсуждение этой темы лидерами СССР перед 22.06.41? В первую очередь Молотовым как наркомом Инодел? Где ссылки на документы?».

Еще раз обращаю внимание на необходимость тщательного изучения всего, что публикуется по вопросам предвоенной истории. Давно уже опубликовано очень многое. В том числе и со ссылками на соответствующие документы. В том числе и по данному конкретному вопросу. Если не изучать тщательно все публикации, то каждый раз особо бесноватые будут попадать впросак.

Однако на этом дело не кончилось. Тесно скооперировавшись, группа смертельно пораженных вирусом зоологического антисталинизма бесноватых, попыталась утверждать на основе все той же матерной резолюции, что-де Сталин не верил в нападение Германии, потому как сам готовился напасть на несчастного Гитлера.

Ну что можно сказать по этому поводу? Разве что только строчкой из известной песни Высоцкого: «И если ты родился баобабом, то баобабом и помрешь». Потому, что если бы эти бесноватые всерьез изучали историю, то знали бы, что в действительности Сталин поверил этому сообщению, точнее, в единственно ценную его часть  – о готовности Германии напасть в любое время. Потому, как и, во-первых, чуть позже к нему в кабинет был вызван командующий ВВС РККА П.Ф. Жигарев. А, во-вторых, уже 18 июня вдоль всей линии границы в полосе компетенции Западного особого военного округа молниеносно была проведена воздушная разведка. Облетая на У-2 границу, ее осуществил командующий 43-й истребительной авиадивизией ЗАПОВО генерал-майор авиации (с 4 мая 1940 г.), Герой Советского Союза Георгий Нефедович Захаров вместе с главным штурманом его дивизии майором Румянцевым. Кто хочет убедиться в этом, милости прошу полистать книгу воспоминаний Г.Н.Захарова «Повесть об истребителях», М., 1977, стр. 43.

Причем, как писал в своих мемуарах, Г.Н.Захаров, через каждые 30-50 км он сажал самолет, прямо на крыле писал донесение о том, что видел, и тут же передавал его бесшумно возникавшим перед летчиками пограничникам. А те уже по инстанции – на заставу, далее в отряд, в штаб погранокруга, и, наконец, в ГУПВ НКВД СССР, и уже оттуда непосредственно Сталину. Хотя в книге Захарова о том, что дальше делали пограничники с его донесениями, не говорится. Но пограничники не просто так забирали его донесения. И не только для своих собственных нужд. Если бы им это было нужно, то они и сами могли бы давно провести такую же воздушную разведку, благо у них была своя авиация, а лично курировавший погранразведку Л.П.Берия проявлял запредельный максимум внимания к ее деятельности. Да и вообще к погранвойскам, сделав их по настоящему элитой Вооруженных сил СССР того времени.

Проще говоря, в течение одного светового дня была проведена воздушная разведка, однозначно подтвердившая выдвижение частей вермахта на исходные для нападения позиции. Почему именно 18 июня? И только ли анализируемая информация из Берлина подвигла Сталина на этот шаг? Нет. Дело в том, что первоначально выдвижение войск вермахта на исходные для нападения позиции началось 13 июня. Однако в тот же день было приостановлено приказом из Берлина. Разведка погранвойск установила и то, и другое. Желающие могут посмотреть книгу Пограничные войска СССР. 1939 – июнь 1941. Сборник документов и материалов. М., 1970, с.397. Но потом, спустя несколько дней, разведка погранвойск уже документально подтвердила, что выдвижение германских войск на исходные для нападения позиции начнется именно 18 июня (там же, с. 19).

Когда же готовность к нападению подтвердила упомянутым сообщением также и берлинская резидентура, не говоря уже о других аналогичных данных, в том числе и по линии военной разведки, а также с указанием точной даты и времени нападения, то Сталин и предпринял соответствующий шаг. Ведь ему же надо было принимать запредельно непростое, конкретное решение, которое в случае ошибки могло слишком дорого обойтись. Он его и предпринял по результатам всех проверок, в том числе и воздушной разведки – по линии Генштаба был отдан приказ о приведении войск приграничных округов в боевую готовность, включая и начало выдвижения наших войск на рубежи обороны с получением боеприпасов. По различным, но, как правило, подпадающим под действие Уголовного кодекса того времени причинам приказ не был выполнен. В результате трагедия 22 июня стала неизбежной. Подробно влезать в эту тему сейчас не будем, ибо у нас речь совсем о другом. А кому интересно, рекомендую ознакомиться с двухтомным фундаментальным исследованием автора «22 июня. Блицкриг предательства: от истоков до кануна» и «22 июня. Детальная анатомия предательства», М., 2012.

«Естественно», что вся психопатическая рать во главе с особо буйно беснующимся «специалистом по левой ноздре» (ну и имя же ему дали родители – имя одного паскудного литовского князя Средневековья, впрочем, это – его «литературный псевдоним», ведь «резуны предпочитают оставаться именно анонимами) стала наглухо отрицать, что такой облет имел место быть: «Насчет полета летчика Захарова на У-2 с посадками через каждые 50 км сказка красивая, но малоправдоподобная. И не подтверждена документами. Хотя бы телеграммами в НКВД».

А какой, собственно говоря, мог быть интерес у генерал-майора авиации Г.Н.Захарова врать, да еще в 1977 году, когда еще были живы многие ветераны, в том числе и его дивизии?  Не говоря уже о том, что его обычно цитируют, зверски обрезая самое главное. Кстати говоря, то обстоятельство, что этот эпизод из воспоминаний Захарова оказался опубликованным – серьезный промах советской военно-партийной цензуры того времени. Ведь оно же крайне неудобно для антисталинских концепций.

Что же касается документов, проходивших по всей иерархии пограничных войск, то, увы, еще далеко не все рассекречено. Любопытно было знать, о каких еще «телеграммах в НКВД» пытался вещать постоянно не смеющий выйти в полемику с открытым забралом комментатор? Неужели он полагает, что на сегодня рассекречены и опубликованы все документы тех дней? И коли он их не видел, то, значит, их не было?! Так, что ли?!

Огромные массивы архивных документов не рассекречивают потому, что не хотят обрушить столь удобную легенду-миф о злыдне-тиране Сталине, якобы из-за которого и случилась трагедия 22 июня. Как это может быть не понятно – более чем трудно взять в толк. Куда проще валить все на давно умершего не своей смертью Сталина и талдычить о его вине, нежели, рассекретить документы, которые будут свидетельствовать о его правоте. К примеру, после первой, крайне робкой попытки Военно-исторического журнала хотя бы частично опубликовать ответы генералов и офицеров, встретивших войну непосредственно на границе, на 5 вопросов комиссии Покровского о том, что и почему произошло 22 июня 1941 г., прошло еще 26 лет. И только в 2015 г. рассекретили и опубликовали полностью некоторые из них на сайте МО РФ. И это случилось лишь в связи с 70-летием Победы, то есть тогда, когда уже на протяжении последних лет 10-15 ряд историков активно анализировали в своих публикациях и вопросы, и часть ответов на них в сопоставлении с рядом иных документов и фактов, в том числе и с германской стороны.

Но это еще не все в связи с утверждением автора о том, что Сталин поверил разведывательной информации о скором нападении Германии. Особо буйный «специалист по левой ноздре» решил уесть автора статьи своим знанием отдельных источников, где была зафиксирована сия матерная резолюция. И в качестве таковых назвал пресловутую «Малиновку» и интервью, которое 20.04.2015 директор Государственного архива РФ, доктор исторических наук С.В. Мироненко дал кореспонденту газеты «Коммерсант» Виктору Хамраеву. И вот как он это проделал: «Во-первых, в 1998 г. был издан двухтомник «1941» («Малиновка») в котором эта матерная резолюция представлена: … АП РФ. Ф.З. Оп.50. Д.415. Лл.50-52. Имеется резолюция: «Т[овари]щу Меркулову. Может послать ваш «источник» из штаба герм[анской] авиации к еб-ной матери. Это не «источник», а дезинформатор. И. Ст[алин]». Подлинник.

Во-вторых, эту резолюцию упоминал директор Государственного архива РФ, доктор исторических наук Сергей Мироненко в интервью корреспонденту газеты «Ъ» Виктору Хамраеву 20.04.2015 :

«— Много ли в истории войны документальных пробелов, из-за которых и возникают разные трактовки одних и тех же событий?

— Пробелов достаточно, и немало остается еще сокрытым как в Центральном архиве Министерства обороны, где хранится основная часть материалов по военным действиям времен Отечественной войны, так и в других архивах. Но за последние годы рассекречено огромное количество документов.

….

— Отчего же начало войны оказалось все-таки внезапным для Советской армии?

— Министерство обороны рассекретило много документов предвоенного периода. …. Нашей разведке о скоплении войск противника было известно. И о точной дате нападения — 22 июня — сообщали многие агенты: документы по этому поводу рассекречены. Сохранилось в архивах донесение Иосифу Сталину, которое направил ему нарком госбезопасности Всеволод Меркулов. Нарком назвал дату, сославшись на сообщение информатора — нашего агента в штабе люфтваффе. И Сталин собственноручно накладывает резолюцию: «Можете послать ваш источник к *** матери. Это не источник, а дезинформатор».

— Такими словами?

— Да. Документ рассекречен. Теперь будете считать меня национал-предателем, раз я сказал о Сталине что-то плохое?

— Почему Сталин не поверил своей разведке? Доверял пакту о ненападении?

— Он просто не мог себе представить, что Германия после поражения в Первой мировой снова решится воевать на два фронта. Так что война, думаю, была внезапной, прежде всего для товарища Сталина. Лично для него она стала катастрофой. А когда 28 июня пал Минск, у Сталина наступила полная прострация».

Но про это Мартиросян вспоминать не захотел. А что кто-то другой не посчитал нужным упомянуть «маты» – так еще вопрос, по какой причине они этого не захотели делать. Но почему такое их «нехотение» Мартиросяном вдруг представляется как «доказательство» того, что этой резолюции не существует в природе? Мало ли почему кто-то чего-то захотел/не захотел. Каким образом подобное чье-то отношение вдруг превращается в «вещдок»? По «законам» Мартиросяна? А кто он такой?»

Автор настоящей статьи, естественно, не намерен выяснять, кем является  этот самый особо буйный «специалист полевой ноздре, ибо автору давно уже понятно, что это «пациент палаты № 6», чем сей субъект и прославился на просторах Интернета. К тому же не менее давно известно, что можно вылечить от безумия, но невозможно выпрямить кривой ум.

Но дело-то в том, что этот субъект всерьез гадит в Интернете, откровенно мешая нормальным людям самостоятельно разобраться, что к чему в предвоенной истории. Именно поэтому коротенько проанализируем, на что и на кого сослался этот бесноватый «специалист по левой ноздре».

Во-первых, ни один нормальный и тем более порядочный историк, ни из числа академических, ни из числа аутсайдеров, ни при каких обстоятельствах не будет ссылаться на «Малиновку». Тем более как на абсолютно надежный источник. Потому что в ней немало неточностей, не говоря уже о фальшивках, которые сообщество историков давно заметило. Будет время и место  — расскажу и об этом. В самом лучшем случае ее используют как подсобный материал, но с обязательной проверкой опубликованных в ней данных по другим каналам и источникам.

Во-вторых, причем тут «Малиновка», если впервые эта резолюция была опубликована еще в далеком 1990 году в апрельском номере журнала «Известия ЦК КПСС», о чем уже говорилось выше. «Малиновка» через восемь лет лишь тупо повторила эту публикацию, сославшись на АП РФ.

Кстати говоря, подобное есть не что иное, как один из главных приемов психоинформационной войны. Сначала где-нибудь вслух ляпнуть или же опубликовать какую-нибудь фальшивку, а потом, спустя определенное, в том числе и длительное время – все зависит от того, какие цели преследует та или иная операция психоинформационной войны – реанимировать ее, изменив ее статус на более официальный. И обязательно при таких архивных координатах, которые весьма трудно проверить обычному исследователю, но которые априори вызывали бы подчеркнутое уважение к самому архиву. Все было именно так. Журнал «Известия ЦК КПСС» опубликовал фальшивку в статусе рубрики «Из архивов партии», где матерная резолюция была приведена в примечании от имени редакции. В 1995 году показали документ на выставке. Однако в вышедшем в том же году сборнике «Секреты Гитлера на столе у Сталина» матерная резолюция не приведена. Вместо нее – глухая ссылка на «Известия ЦК КПСС». А еще три года спустя после сборника, или восемь лет спустя после первой публикации матерной резолюции в «Известиях ЦК КПСС», учитывая, что СССР уже канул в Лету, есть Российская Федерация, во главе которой стоит Президент, при котором имеется Архив Президента, фальшивке приделали архивный номер. И с гордым видом через «Малиновку» преподнесли народу. На этот раз уже без какого-либо упоминания журнала «Известия ЦК КПСС». Как некое архивное откровение из Архива самого, понимаете ли, Президента РФ!

Подчеркиваю — это традиционная «технология» введения в исторический документооборот фальшивок при одновременном окончательном сокрытии  выводящих напрямую к первоисточнику того или иного факта концов.

(продолжение следует)

Фото: fedpress.ru

Рейтинг@Mail.ru