Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Суббота, 10 12 2016
Home / В Мире / Хитробатька

Хитробатька

Лукашенко хочет печатать у себя российские рубли, но не хочет дружить с Россией

baНе важно, будет это новая денежная единица или сойдут и обычные наши рубли, – важно другое. Говорят, что Минск требует отдать ему наш печатный станок и перевести в белорусскую столицу российский Монетный двор. Но это слухи, а достоверно известно о том, что в случае перехода на наш рубль Батька намерен создать у себя собственный эмиссионный центр. Другими словами, запустить свой, отдельный станок для печатания совместной российско-белорусской валюты. И, похоже, такую возможность Москва ему предоставит.

Расскажу-ка я для затравки одну почти не известную никому историю из не слишком-то давнего прошлого. На дворе – 1998 год. Правительство уже возглавил Евгений Примаков, и по Москве ходят слухи, что в президенты России метит сверхпопулярный тогда в нашей стране Александр Лукашенко. Метит он или не метит на самом деле  – поди знай. Российских журналистов на тот момент Лукашенко к себе по каким-то причинам не подпускал. То есть вообще. И в редакции «Века», где я тогда работал, созрела идея послать в Минск меня, украинского на тот момент гражданина. Расчёт был такой: Лукашенко заворачивает всех российских журналистов, а украинского, может, и примет, чтобы дать интервью. А самой солью в этом интервью должен был стать заголовок. Как скомандовал мне тогда главный редактор «Века» Александр Колодный, «шапка» обязана была быть такой: «Стать президентом России? Не могу!». Дабы, так сказать, подуспокоить впавшие в оцепенение от смутных перспектив российские элиты. Я съездил в Минск, встретился с Лукашенко, и через две недели в «Веке» вышло согласованное с президентской пресс-службой интервью, в котором Лукашенко помимо заданного «не могу!» высказался и о российском рубле. Мол, только через мой труп. Никогда Минск не пойдёт на то, чтобы отказаться от собственных денег. Никогда. Точка.

Единый эмиссионный центр – прямая дорога к гиперинфляции?

Минуло пять лет. Союзное государство незримо для всех развивалось, не тревожа ни Минск, ни Москву. О единой валюте и речи не было. И вдруг – как гром среди ясного неба! – главы российского и белорусского центробанков договорились о том, что у Союзного государства будет два эмиссионных центра. И одна на двоих валюта – российский рубль. А Центробанк России и Нацбанк Белоруссии смогут выпускать рубли пропорционально ВВП своей части Союза. Новость была ошеломляющей. Но пресса жевала её недолго: оказалось, что НББ теряет право эмиссии денег вообще. И Лукашенко «отбил всё назад».

Прошло ещё без малого десятилетие. И глава верхней палаты парламента Белоруссии Анатолий Рубинов, третье лицо в государстве, вновь завёл речь о единой валюте: «Российский рубль должен стать единым платёжным средством на территории Союзного государства». Свой план перехода на российский рубль Рубинов озвучил 4 марта 2012 года, а спустя две недели его поддержал Лукашенко: перейдём, мол, до 1 января 2013-го! Всенепременно! Поговаривают, что тогда Москва почти поддалась на условия Батьки. Но вот незадача – в Кремль вернулся Владимир Путин. И процесс перехода к единым деньгам снова застопорился.

И вот всё по новой. Ходят слухи, что к вопросу о единой валюте вернулись по той причине, что Кремль дал добро на два эмиссионных центра, «как в Евросоюзе». Но в том-то и дело, что в Евросоюзе совсем не так. Да, центробанки стран – членов ЕС могут выпускать евро, но только монеты. А правом эмиссии наделён только Европейский центробанк  – единолично. Понятное дело, что одними лишь металлическими десятирублёвками в Минске не удовольствуются. Захотят печатать купюры. И вот тут-то нас ждут сюрпризы.

Ни для кого не секрет, что у России и Белоруссии слишком разные экономики. Центробанк России руководствуется тем, что нужно снижать инфляцию, белорусский Нацбанк уверен, что прежде всего надо помогать промышленным предприятиям и сельхозпроизводителям. Допустим, Минск, желая поддержать свою промышленность, напечатает больше денег. «Чем заканчиваются такие гонки, мы видели в 90-х, – напоминает директор Банковского института Высшей школы экономики Василий Солодков. – Начнётся гипер­инфляция – одновременно и в Белоруссии, и в России. И всё скатится в неуправляемый коллапс экономики». Известно, что экономика Белоруссии составляет порядка 3,5–4% от экономики России. И при этом  – полное равноправие в печатании денег. Это как?

Не ищите внятного ответа на этот вопрос – его нет. Есть лишь желание белорусского президента Александра Лукашенко выторговать себе некие преференции. Есть желание получить новую валюту, более стабильную, нежели белорусский рубль, со сравнительно низкой инфляцией и более низкими процентными ставками, позволяющую белорусским предприятиям размещать ценные бумаги на Московской бирже. И только.

Лукашенко слишком тесно якшается с Киевом, чтобы дружить с Москвой

И вот тут-то и возникает один неприятный вопросец. В большой политике так принято: союзнику может быть позволено чуть больше, чем кому-то другому, даже в ущерб себе. Если Лукашенко – союзник, тогда дело ясное. Можно, наверное, согласиться на два эмиссионных центра – разумеется, оговорив при этом некоторые условия, исключающие бездумную «самостийность» официального Минска. Но в том-то и вопросец: а Лукашенко точно наш союзник?

Давайте вместе перенесёмся на несколько месяцев назад. Конец апреля, если точнее – 24-е число, время – обеденное. Российские войска на украинской границе прогревают моторы бронетехники и ждут команды наступать. А команды всё нет. Тем временем сенатор Валерий Шнякин озвучивает решение российских властей ввести на юго-восток Украины миротворческий ограниченный контингент, «иначе эскалация насилия будет только расти». Но тут неожиданно войскам дают команду «отбой», это произошло примерно с 6 до 8 часов вечера. Что же случилось? А вот что: поговаривают, что президент Белоруссии дозвонился в Кремль и, что называется, похлопотал за Киев – после длительной телефонной беседы со спикером Верховной рады Александром Турчиновым. Таким образом, момент начала операции был упущен, на Донбассе пролилась первая кровь, и, по сути, на Украине началась гражданская война, которой не видно конца и сегодня. Эскалация насилия, о которой предупреждал сенатор Шнякин, возымела место. И не с подачи ли белорусского президента это произошло?

Дальше – больше. Лукашенко приезжает на инаугурацию Петра Порошенко в Киев, где заявляет: «Я всегда был за единство и целостность Украины. Украина должна быть единой, мы в этом кровно заинтересованы, мы – белорусы и лично я». Едва ли такую речь мог позволить себе руководитель государства, позиционирующий себя как стратегический парт­нёр России. Вот как прокомментировал происходящее украинский политолог Ростислав Ищенко, ныне возглавляющий аналитический центр российской ВГТРК: «Лукашенко понимает, что установление Россией прямого или опосредованного контроля над Украиной резко снижает капитализацию Белоруссии и его личную политическую ценность. Поэтому он делает всё, от него зависящее, чтобы сохранить враждебную России Украину и продолжать выжимать из Москвы финансирование и экономические уступки в качестве «единственного союзника» на западных границах Российской Федерации». Выжимать уступки, спекулируя ролью союзника, – а что, это очень похоже на правду. Может быть, так и есть на самом деле?

В заключение – всего одна цитата от белорусского президента. Из недавнего, так сказать: «Если вы попробуете нас растворить в России, провести, так сказать, аншлюс, то вы получите такую партизанскую войну, по сравнению с которой Чечня вам покажется детским утренником. (…) Кто бы ни пришёл на белорусскую землю, я буду воевать. Даже если это будет Путин». Всего один-единственный вопрос: лично вы точно готовы доверить ему печатать российские рубли?

Георгий Филин
Фото: РИА Новости

Источник: versia.ru

Рейтинг@Mail.ru