Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Вторник, 17 10 2017
Home / Общество / Конфуз в союзе

Конфуз в союзе

Как запрещенные продукты проникают в Россию.

KMO_145523_00027_1_t222_194001Большинство запрещенных к ввозу продуктов из российских магазинов никуда не делись, трудно найти разве что некоторые сорта сыра. Российское продуктовое эмбарго, в отличие от введенных Западом санкций, практически не работает. А попытки ужесточить контроль бьют уже не по Европейскому союзу, а по Таможенному.

Таможенный союз, тот самый, который Россия противопоставляет Евросоюзу и в который безуспешно зазывали Украину, Молдавию и почти уже заманили Армению и Киргизию, трещит по швам. 4 декабря Белоруссия вернула на своей стороне границы с Россией таможенные посты и начала выборочный досмотр автотранспорта. Демарш стал ответом на ужесточение российского фитосанитарного контроля сельхозпродуктов, поступающих из Белоруссии. В тот же день, 4 декабря, российская Национальная мясная ассоциация разослала свои членам предупреждение о том, что Россельхознадзор выявил канал крупных контрабандных поставок в Россию «свинины и шпика свиного»: «Выявлено около 7,5 тыс. тонн такой продукции, отправленной в Казахстан из Евросоюза транзитом через белорусские пункты пропуска по поддельным бразильским и литовским ветеринарным сертификатам. По поступлению в Казахстан грузы незамедлительно переправлялись на территорию России. Всего в операции по незаконной поставке мясной продукции на российский рынок с использованием казахстанского транзита было задействовано 254 большегрузных автомобиля».

Транзит шпика — как в шпионском романе: в белорусский пункт пропуска «Каменный Лог» продукция поступала уже по второму комплекту документов, как груз бразильского происхождения, в сопровождении фальсифицированных бразильских ветеринарных и литовских перегрузочных сертификатов. «Вызывает сожаление, что ни таможенной, ни ветеринарной службой Белоруссии не была досмотрена ни одна из 254 партий незаконно поставленной продукции. Далее груз в качестве транзитного следовал через территорию России в Казахстан, где проводилось ветеринарное и таможенное оформление с выпуском в свободное обращение»,— продолжала нагнетать Национальная мясная ассоциация. Список номеров фур и транспортных компаний, на которые они работали, прилагался. Формально Россельхознадзор обвиняет Белоруссию в пропуске на свою территорию и последующем выпуске в Россию продукции, не соответствующей фитосанитарным нормам. В конце ноября по этим же соображениям в Россию запретили ввоз продукции 18 белорусских мясокомбинатов — 400 тыс. тонн в год, почти весь импорт белорусского мяса в РФ. Президент Белоруссии Александр Лукашенко тогда искренне обиделся: «Не надо нас щемить. Мы были вам надежными друзьями и будем. Но если вы начнете нас щемить, вы знаете, что я терпеть не буду». И, как видим, действительно не потерпел.

Братский транзит

Согласно декабрьским результатам опроса фонда «Общественное мнение» (ФОМ), 59% граждан России одобряют введенное 7 августа эмбарго, считая, что оно поддержит отечественного производителя. 39% убеждены, что контрсанкции уже позитивно повлияли на нашу экономику, 20% — что не повлияли вообще, 22% не смогли ответить, и лишь 19% считают, что запрет повлиял негативно. И хотя 74% почувствовали подорожание продуктов, большинство (55%), как в анекдоте, потирает руки, считая, что европейские страны тоже пострадали.

На первый взгляд опрос свидетельствует, что патриотически настроенные граждане готовы голодать, лишь бы показать Западу кузькину мать. Но легко предположить, что, если бы действительно не стало многих видов продовольствия, поддержка эмбарго была бы куда меньше. На деле же оно просто не работает. Белоруссия беспрепятственно пропускает западные продукты на свою территорию. Что поделаешь, суверенное государство. Но таможни-то между Белоруссией и Россией нет. Конечно, проблемы с запретной едой могут возникнуть уже в России: не выставишь же на прилавок товар, который по документам уже после введения эмбарго ввезен из Норвегии или Германии. Но дело за малым — переделать сертификаты.

Как рассказал «Деньгам» руководитель пресс-службы Россельхознадзора Алексей Алексеенко, существует два основных канала поставки «санкционных» продуктов — ложный транзит с фальшивыми сопроводительными документами и поставка с документами «товаров прикрытия», неподнадзорных государственной ветеринарной службе.

Первый вариант описан выше в схеме с завозом мяса через Казахстан. В Казахстане гораздо проще получить липовые документы, чем в Белоруссии, да и внимания к казахской границе с точки зрения контроля эмбарго меньше. По словам Алексеенко, есть варианты и более дальних транзитов, например в Киргизию. Львиная доля транзитного товара теряется где-то в России. «»Где-то» — это, как правило, в Дагестане или Чечне,— комментирует Дмитрий Потапенко, эксперт по ритейлу, управляющий партнер Management Development Group.— Там товар превращается в «бразильский» или «южноафриканский», а то и просто «российский». Впрочем, эту схему использовали и до санкций, чтобы не платить таможенные пошлины. Охлажденное польское мясо, которое сегодня на наших прилавках, ввозится сейчас в основном именно так». Львиная доля охлажденной говядины, которая никуда не исчезла с российских прилавков, и до санкций была из Польши, и сегодня поступает оттуда же.

По данным Александра Фомина, президента Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ), объем импорта в августе-октябре 2014 года упал по сравнению с аналогичным периодом 2013-го по живой рыбе на 31%, по охлажденной — на 64%, все это компенсировалось ростом объемов рыбы мороженой, переработанной охлажденной или мороженой (рыбного филе), сушеной, соленой, копченой. Место Норвегии и Евросоюза заняли не только морские страны вроде Чили или Китая, но объемы в два раза нарастила и Белоруссия, которая по сравнению с июлем увеличила импорт норвежской рыбы в три-четыре раза. Неожиданно в лидеры поставщиков ракообразных выбилась принадлежащая «санкционной» Дании Гренландия, нарастив объемы в 20 раз.

Политический сельхознадзор

Плодоовощную продукцию сегодня завозят в основном через Македонию, Сербию, Литву, Белоруссию с документами этих стран. Объем ввоза овощей-фруктов из Белоруссии вырос с момента ввода антисанкций минимум в 50 раз. «Замена документов обходится в $500-1000 с фуры — получается примерно лишних 1,5-2 руб./кг. И для тех, кто вез напрямую, крюк в Македонию, Сербию заметно повысил прямые транспортные расходы»,— комментирует эксперт, пожелавший остаться неназванным. Изменить страну-поставщика можно, просто подделав-заменив документы, но доля такой откровенной контрабанды, по оценке Дмитрия Потапенко, не более 1%. Обычно с товаром производятся манипуляции, позволяющие формально присвоить ему другой таможенный код. «Самое элементарное — получить в Белоруссии охлажденное, а дальше заморозить или на худой конец просто перегрузить с европалет в ящики и отправить уже с белорусским сертификатом»,— поясняет Потапенко. Допустим, апельсины из Испании пришли в ящиках в Македонию или Белоруссию, там их расфасовали в сетки — получили новый товар «апельсины в сетке». Производителем его теперь значится македонская или белорусская компания. По таможенной линии не придерешься, но тут на сцену выходит Россельхознадзор, неожиданно оказавшийся главным ведомством, отвечающим за исполнение санкций. Казалось бы, в его функции входит лишь контроль санитарных и прочих физических параметров продукции, а эмбарго-то касается качественной продукции. «Деньги» адресовали Россельхознадзору прямой вопрос: «Почему контроль по недопущению в Россию санкционной сельхозпродукции (товар таможенного кода из конкретной страны) возложен на Россельхознадзор?» И получили такой ответ: «Все просто: продукция неизвестного происхождения — это продукция высокого риска. Мы исполняем государственные полномочия по обеспечению биологической, продовольственной и продуктовой безопасности».

Предательские листочки

Чтобы оценить, как изменился почти за полгода ассортимент розницы, мы с Дмитрием Потапенко зашли в ближайший универсам сети «Азбука вкуса». Выбор не случаен: формат магазина подразумевает широкую линейку дорогих продуктов. Сразу при входе — секция свежих овощей-фруктов. В глаза бросаются мандарины с зелеными листочками. На этикетке значится как страна производства Босния и Герцеговина. Точно такие же мандарины я видел и на уличном рынке (там они продавались как абхазские), и в супермаркете другой сети (шли как марокканские). Потапенко вертит в руках мандарин. «Ну, конечно, это Испания». Собственно, об этом еще раньше говорил мне и бывший байер овощей-фруктов в сети X5 Retail Group Сергей Ивлев: листочки на фасованных мандаринах — фирменный шик испанских фермеров.

На сетке фасованного картофеля на этикетке мелким шрифтом указана какая-то российская компания. «Ну вы же видите, что картошка не отечественная,— говорит Потапенко.— Только после расфасовки производителем нового товара «картофель фасованный» стал тот, кто его фасовал. И ввозился на территорию России уже как российский товар — никто не запрещает российской компании провести фасовку в Белоруссии или в любой другой стране». Идем дальше. Яблоки «голден» и «ред чиф». Написано «Сербия», но понятно, что Италия: просто не поставляла никогда Сербия яблоки такого качества. Привычных французских и итальянских сыров в продаже уже нет. Зато есть моцарелла Туровского молочного комбината из Белоруссии. Несколько дней назад в этом магазине я видел пармезан уругвайского производства. Сегодня его нет, зато мне рекомендуют купить «полный аналог пармезана», выпущенный под одной из private-label торговой сети. По словам Потапенко, это вполне нормальный итальянский пармезан, просто переупакованный в третьей стране под другой маркой. «Заметьте, в этом магазине в соответствующих товарных группах около 30% продукции происходит из «санкционных» стран, но нет никакой контрабанды, все абсолютно законно»,— подчеркивает он. Единственный товар, на котором честно указана «санкционная» страна Испания,— тот самый хамон, о потере которого больше всего шутили. Хамона навалом, причем на самом видном месте. Объяснение простое: не весь хамон попал под санкции.

Подобную картину я наблюдаю потом в «Ашане». Огромный выбор сырной нарезки и стружки. Голландский брусковый нарезала слайсами белорусская компания «Савушкин», на нарезках тильзитера, масдама значатся уже российские поставщики. Нарезать сыр — самый верный способ изменить таможенный код товара. Широк, правда, ассортимент и сыров в кусках — появилось множество отечественных брендов, до сих пор неизвестных. Однако и в «Ашане», и в других недорогих магазинах исчезли пармезан, дор блю. Специалисты по ритейлу разводят руками: «Мягкий российский сыр импортного твердого не заменит, но прилавок же завалить чем-то надо, пустоты быть не должно». Как заявляют в агентстве анализа аграрных рынков SovEcon, российские производители сливочного масла и сыров оказались основными бенефициарами продовольственных антисанкций: «Выпуск сливочного масла за первые 10 месяцев года увеличился на 19% (год к году), сыров — на 14%, творога — на 2%. Выпуск цельномолочной продукции демонстрирует отрицательную динамику, что можно связать с обострением конкуренции за сырье».

В целом ассортимент розницы сократился не так уж сильно, но цены заметно выросли. На те же фрукты — отнюдь не на цену перегруза в 2 руб./кг, а значительно больше. Обусловлено это резким скачком цен в самом начале, когда еще не успели наладить новые схемы, а также снижением конкуренции из-за ухода части поставщиков. «Но последний скачок курса на розничных ценах мы еще не почувствовали»,— предупреждает Потапенко.

Что нас ожидает? С 8 декабря Россельхознадзор запретил ввоз любой растительной продукции из Албании, признав ее «подкарантинной» с «высоким фитосанитарным риском». Албания, не входящая в список «санкционных» стран, наказана за реэкспорт, как и Белоруссия. На первый взгляд гайки закручиваются, но, похоже, больше для сохранения лица российских властей на фоне фактического игнорирования антисанкций. Закрыли ведь не Македонию или Сербию, через которые идет львиная доля реэкспорта, а Албанию, объем которой незначителен. Что касается Лукашенко, то трудно ожидать, что он изменит своей главной экономической модели — зарабатывать на транзите между Европой и Россией, постоянно намекая, что в случае отмены преференций от второй он может развернуться к первой. «Без «санкционных» продуктов нам придется несладко, власти это понимают и де-факто закрывают глаза на их ввоз,— комментирует Дмитрий Потапенко.— А когда после Нового года до розницы дойдет рост курса евро, всем станет не до эмбарго».

По информации: www.kommersant.ru


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru