Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Вторник, 24 01 2017
Home / В Мире / Англия – неопределенность и непредсказуемость

Англия – неопределенность и непредсказуемость

О предстоящих выборах в Великобритании 

ballot_box-600x375

В мае 2015 г. в Великобритании состоятся парламентские выборы. Об актуальных проблемах британской политики и перспективах левых сил Соединенного Королевства мы беседуем со специалистом по международному левому движению, лектором Эдинбургского университета Люком Марчем.

После последних всеобщих выборов в 2010 г. в вашей стране сложилась необычная для британской политической сцены картина: существование двухпартийного коалиционного правительства. Как вы оцениваете соотношение сил ведущих политических партий на данный момент? Возможно ли повторение варианта коалиционного кабинета после новых выборов?

Это будут самые непредсказуемые из всех выборов в Соединенном Королевстве (СК) за последнее время.

Ни одна из двух ведущих партий (консерваторы и лейбористы), по опросам, не имеет больше 30-35% голосов. У либерал-демократов голосов будет по крайней мере в два раза меньше. При этом широкой поддержкой пользуются новые силы (Партия независимости Соединенного Королевства — ПНСК и «зеленые»), хотя последним трудно прорваться в парламент из-за избирательной системы Великобритании, дискриминационной по отношению к мелким партиям. Поэтому точное повторение коалиционного правительства маловероятно, в первую очередь потому, что либерал-демократы вряд ли будут играть такую важную роль, и они оказались бы намного слабее в любой будущей коалиции. Какие-то формы коалиций вероятны, так как трудно предположить большинство только одной партии. Однако будет ли это консервативно-либерально-демократическая, лейбористско-либерально-демократическая или даже коалиция консерваторы-ПНСК, однозначно сказать нельзя.

Опросы показывают возможность победы Лейбористской партии. Насколько реален такой вариант, по-вашему? И с каким «идеологическим багажом» идет на выборы партия в этот раз?

Лейбористы еще могут выиграть, но только вследствие распределения электората (с большинством мест в некоторых городских районах, с высокой концентрацией рабочих избирателей); получается, что лейбористы могут получить больше мест при меньшей доле поддержки избирателей, чем консерваторы. Тем не менее опросы общественного мнения в последние 2-3 месяца показывают потерю лейбористами своего незначительного лидерства, а кое-где консерваторы уже впереди. Как правило, оппозиция на данном этапе должна опережать соперников на 10 и больше процентов для гарантированной победы. Сейчас этого нет. Так что, если бы мы заключали пари, я бы поставил на консерваторов.

Это, как вы говорите, отчасти из-за «багажа», хотя и не только идеологического. Да, лейбористы были причастны к политике, которая привела к экономическому кризису, и они изо всех сил пытаются придумать убедительную альтернативу неолиберальной жесткой экономии, которая удовлетворяет их традиционных сторонников. На самом же деле это не альтернатива, потому что, по сути, предлагается более медленный, мягкий вариант методов жесткой экономии. В то же время у консерваторов есть преимущество. Значительное число избирателей верит, что лейбористы и государственный сектор экономики привели к огромному государственному долгу и экономическому краху в большей степени, нежели отсутствие рыночного признания, фетишизация потребительской культуры и безответственное кредитование, которое консерваторы сами полностью поддерживали до 2010 года, пока были в оппозиции.

Так, у лейбористов есть реальная имиджевая проблема – они слишком «экономически безответственные», чтобы выиграть «плавающие» голоса консерваторов.

Добавьте к этому дрейф протестных голосов к ПНСК и «зеленым» – лейбористы находятся в гораздо худшем положении, чем должны были бы после 5 лет экономических страданий, причиненных нынешним правительством. Кроме того, Шотландская национальная партия столь сильна в Шотландии, что это грозит уничтожить тамошние позиции лейбористов и лишить их какого-либо шанса на формирование правительства Великобритании. ШНП сегодня воспринимается и как более последовательная социал-демократическая сила, и как лучший защитник шотландских интересов в Великобритании, чем лейбористы.

Неожиданно для многих европейские выборы в Великобритании в 2014 г. выиграла Партия независимости. Она занимает явно антиевропейские позиции, что нравится значительной части избирателей из разных социальных слоев. В этой ситуации сколь важную роль играет тема ЕС в стратегии лейбористов и более левых сил?

ПНСК спекулирует на вопросах ЕС, но не меньшую роль в их подъеме сыграла эксплуатация настроений против иммигрантов и Европы, которую объявляют корнем всех зол по многим вопросам, за которые национальное правительство не хочет нести ответственность. Антиевропейские настроения важнее для правых (ПНСК и консерваторов), чем для левых. Последние разделились по этому вопросу, а кроме того, лейбористское правительство не будет проводить референдум о членстве в ЕС, что обещают сделать консерваторы. «Зеленые» настроены проевропейски, но хотят «вернуть» больше власти из Брюсселя. Другие мелкие группы однозначно занимают позицию «анти-ЕС», как, например, «No2EU» — коалиция профсоюзов и коммунистической партии, которая безуспешно участвует уже в нескольких выборах.

Традиционно Соединенное Королевство относится к той группе западноевропейских стран, где силы, стоящие левее социал-демократии, на национальном уровне являются маргинальными. Делались ли попытки создать дееспособную радикально-левую коалицию накануне выборов 2015 года?

Такие попытки предпринимались с 1990-х годов, и самыми успешными были Шотландская социалистическая партия и «Уважение» (Respect), которые получили некоторый импульс и популярность в начале 2000-х. Однако после некоторого успеха они раскололись, и это отбросило левых радикалов к началу. Сейчас есть по меньшей мере три тенденции к созданию новых радикальных левых партий. Первая – низкая эффективность лейбористов в оппозиции: многие надеялись, что после окончания блэризма лейбористы хотя бы возвратятся на подлинно социал-демократические позиции и будут выступать более оппозиционно. Этого не случилось. Вторая – возрождение на низовом уровне политики в Шотландии в рамках кампании референдума 2014 г., которое привело к таким новым инициативам, как «Кампания Радикальной Независимости». Крайне левые партии в Шотландии получают все возрастающую поддержку и новых членов. Третья – успех СИРИЗы в Греции, который даже еще до их недавней победы на выборах вызвал у многих осознание того, что «нам нужна британская СИРИЗА».

С другой стороны, нет никаких причин для оптимизма в отношении перспектив на 2015 год.

На выборы выйдет только одна радикальная левая сила – Объединенная левая партия, которая возникла в 2013 году и до настоящего времени с трудом шла к любым выборам.

Кроме того, левые радикалы по-прежнему представлены несколькими микропартиями (Социалистическая партия, Социалистическая лейбористская партия, Коммунистическая партия и т. д.), которые не ладят друг с другом и часто не поддерживают новые инициативы. Радикальное левое пространство также частично занято «Зеленой партией Англии и Уэльса» и шотландскими «зелеными», которые занимают относительно левые позиции против мер жесткой экономии. Многие левые (в том числе наиболее известный из них писатель Оуэн Джонс) продолжают идентифицировать себя с Лейбористской партией. Иными словами, только «зеленые», скорее всего, получат какие-либо места. Я не думаю, что это плохо — во многих отношениях они стали позитивной силой, но многие сектантские левые никогда не будут иметь дело с такой «буржуазной» партией.

В отдельных регионах вашей страны более левые партии, чем лейбористы, имеют сильные позиции и даже доступ к региональной исполнительной власти. Я имею виду случаи вроде Шотландской национальной партии (ШНП) и «Шинн Фейн» в Северной Ирландии. Могли ли они, используя свои министерские возможности, оказывать влияние с целью проведения более социальной и солидарной внутренней политики в своих регионах?

Да, они зарекомендовали себя как те, кто делает дело. У региональных партий программы вообще более социал-демократические, чем у общебританских партий. Несомненно, лейбористы в Уэльсе всегда отличались более традиционалистской программой, чем лейбористы СК, тогда как «Партия Уэльса» по-прежнему более социалистическая, и конкуренция между ними, как правило, перетягивает всю партийную систему влево. Можно спорить, насколько «Шинн Фейн» левая партия – у них по-прежнему силен национализм во многих вопросах, но они, конечно, считают себя левыми и ведут кампании, категорически выступая против политики жесткой экономии (особенно в Ирландии). Одна из причин успеха ШНП в том, что она обошла лейбористов слева и поставила на повестку дня такие вопросы, как отмена платы за обучение студентов, бесплатное медицинское обслуживание и противостояние приватизации здравоохранения.

Известно, что британские консерваторы и либерал-демократы занимают по отношению к сохранению санкций против России достаточно жесткую позицию. Отличаются ли в этом от них лейбористы и другие, более левые партии?

Этот вопрос не очень популярен в британской политике, отчасти потому, что консерваторы, несмотря на их жесткую риторику, не проводят очень активной внешней политики как в целом, так и в отношении России. Большинство партий сейчас сфокусировали внимание на выборах, и проблема взаимоотношений с РФ вряд ли станет серьезным электоральным вопросом. Во время кризиса политика в Великобритании становится более «местечковой», и внешнеполитические вопросы (кроме ЕС) не будут играть большой роли.

Что касается левых, то здесь много нюансов. На этом фланге идет немало споров о том, что следует приложить усилия, чтобы понять российскую позицию. Также есть озабоченность по поводу возможного западного лицемерия и опасности быть втянутыми в провокационный конфликт. Тем не менее многие левые вплоть до сегодняшнего дня критиковали российские власти по вопросам прав человека, и поэтому они не особенно симпатизируют путинской России. Конечно, их позиция не сильно отличается от существующего общего консенсуса, заключающегося в том, что Россия переиграла на Украине и должна быть остановлена. Некоторые партии левого лагеря придерживаются некритичной пророссийской позиции, которая, как правило, почти полностью согласуется с официальной российской линией, т.е. что украинский кризис вызван Западом или НАТО. Речь идет о группах «Коалиция против войны» и «Уважение».

Мейнстрим социал-демократов и «зеленых» настроен очень критически – российская политика рассматривается как агрессивно недемократичная и нарушающая права человека, в частности меньшинств. Более радикальные левые, напротив, критически смотрят на западные позиции и, как правило, считают российскую политику более понятной и оборонительной.

Большая часть радикальных левых склонна поддерживать Россию исходя из инстинктивного «кампизма», т.е. протеста против однополярной власти американского «империализма».

В соответствии с ним все прибывающее с Запада объясняется гнусными интересами, и в этом есть проблема, потому что предполагается, будто Россия — все еще некое социалистическое государство без собственных империалистических наклонностей. Таким образом трудность состоит в том, чтобы дать информированный анализ, не прибегая к стереотипам холодной войны.

Беседовали Артем Корецкий (аспирант факультета международных отношений СПбГУ) и Руслан Костюк (доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений СПбГУ)

Руслан Костюк 

Фото: ruconnect.co.uk

По информации: rabkor.ru

Рейтинг@Mail.ru