Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Четверг, 23 03 2017
Home / Тайны века / Енисейское чудо

Енисейское чудо

Научный обозреватель «НВ» Владимир Губарев завершает рассказ о некогда секретных страницах создания первого в стране подземного завода по производству плутония.

 5

(Окончание. Начало — в № 04 «НВ» за 5 февраля 2013 г.)

Город спутников

Едешь в командировку в атомный город, и первое, что видишь, — чаши антенн, нацеленных вверх. Невольно возникает вопрос: есть ли между подземными атомными реакторами и космическими антеннами хоть какая-то связь?

Мне кажется, что именно здесь, в Железногорске, прошлое столкнулось с будущим, подземное царство вырвалось на околоземные орбиты.

Дело в том, что неподалеку от Красноярска-26 расположилась «фирма Решетнёва», создающая спутниковые системы. Раньше она именовалась «Научно-производственное объединение прикладной механики», теперь — «Информационные спутниковые системы». Для всех, кто хотя бы немного причастен к космонавтике и ракетной технике, это научное объединение навсегда связано с именем Михаила Федоровича Решетнёва.

Именно отсюда, с этого НПО, начали свой путь в космос многочисленные «Молнии», «Горизонты», «Глонассы», «Экраны», «Радуги», «Лучи», «Маяки», «Гонцы», «Эталоны», «ГеоИки» и так далее. Всего, в общей сложности, в Красноярске-26 было создано более 30 космических комплексов и выведено на орбиту свыше 1000 искусственных спутников Земли.

В один из Дней космонавтики, которые в советское время всегда отмечались торжественно в Театре Советской Армии, Мстислав Всеволодович Келдыш познакомил меня с «первым сибирским космическим академиком» — с Федором Михайловичем Решетнёвым.

Много лет мы довольно тесно сотрудничали с ним. Провожали вместе на орбиты спутники Земли, которые создавались в Сибири. А число их росло. Фирма Решетнёва становилась одной из главных в нашей космической индустрии.

Я обещал Федору Михайловичу приехать в Красноярске-26. По разным причинам сделать это не удавалось. Город считался «атомным» и, как ни странно это звучит, режим осуществляли средмашевцы, и каждый раз именно к ним надо было обращаться, чтобы получить «добро» на посещение фирмы Решетнёва.

В общем, при жизни Федора Михайловича так и не довелось мне побывать у него на предприятии. А потому нынешний свой приезд в Железногорск я считаю «исправлением собственных ошибок». Всегда, по возможности, следует выполнять свои обещания сразу, не откладывая их на завтрашний день — ведь его может и не быть…

Итак, Михаил Федорович Решетнёв. Академик, Герой Социалистического труда, лауреат Ленинской премии. Плюс к этому — награжден многими орденами и медалями, отмечен рядом международных наград и премий. В общем, он один из тех, кто открыл человечеству дорогу в космос, начиная этот нелегкий путь вместе с Сергеем Павловичем Королевым.

Сам Михаил Федорович так вспоминал о переломном моменте в своей жизни:

«Как-то весной 1959 года Сергей Павлович рассказал мне о разговоре с Хрущевым. Отдыхали они на юге. Сидели на морском берегу и рассуждали о международной обстановке вообще и положении нашей страны — в частности. Разговорились и пришли к выводу, что организации Королева нужно иметь дублера в центре нашей огромной территории на случай всяких неприятных событий, которые могут произойти. Примерно в то время на заводе, по нынешней терминологии именуемом «Красмаш», началось производство новой техники. Сергей Павлович внес предложение о создании своего филиала в Красноярске-26. Возглавить его он предложил мне, одному из своих заместителей».

К этому времени Королев уже тесно сотрудничал с Курчатовым, а оттого выбор пал на Красноярск-26.

Мечты (а подчас и проекты) о совместной работе атомщиков и ракетчиков простирались на десятилетия вперед, а не только на ближайшее будущее. Предстояло «породнить» ядерный заряд и ракету, что вскоре и удалось сделать: уже в начале 60-х годов у нас появился мощный ракетно-ядерный щит. В том была заслуга не только Королева, но и М.К. Янгеля, с которым у Решетнёва сложились тесные и добрые отношения. Михаил Кузьмич предложил молодому Главному конструктору из Сибири взять на себя, помимо ракетной, еще и спутниковую тематику. Таким образом в городе атомщиков начал рождаться еще

и «город спутников». Роль Янгеля в становлении НПО прикладной механики велика и очевидна — поэтому в Музее портрет Решетнёва расположен между портретами С.П. Королева и М.К. Янгеля. Как известно, два великих ракетных конструктора соперничали между собой, но именно здесь, на «фирме Решетнёва», они «примирились». Таково было веление времени.

Проекты использования «Горы» (или «Скалы» — как кому угодно) были подчас весьма фантастическими.

Академик В.Ф. Уткин, сменивший на посту Главного конструктора М.К. Янгеля, рассказывал мне, что много лет шла работа над автоматическим стартовым комплексом. Он говорил:

«Итак, глубоко под землей создаются ядерные боеголовки, там же есть ракетные цеха. После сборки «головки» и носителя готовое изделие по команде откуда-то издалека выходит на поверхность и уходит с автоматического стартового комплекса. Людей нет, всё проходит без них Мы где-то в укрытии пьем чай и лишь наблюдаем, как стартуют ядерные ракеты…

— В случае ядерной войны?

— Конечно… Кстати, у нас есть под Красноярском подземный атомный завод, там предполагалось организовать и производство ракет…».

Я представил эту жуткую картину. По всей Земле вырастают ядерные грибы. Они уничтожают все живое. А в Красноярске-26 продолжают выплывать из-под земли ядерные ракеты и стартуют, стартуют, стартуют… Страшно до безумия!

К счастью, не все мечты, особенно воинственные, сбываются.

Некоторые цеха ракетного предприятия разместились в «Горе», но идея о полностью подземном заводе рухнула: слишком дорогим он получался.

И именно в это время М.Ф. Решетнёв сделал решительный шаг: его НПО прикладной механики начало заниматься не ракетами, а спутниками.

Почему?

На этот вопрос Михаил Федорович отвечал так:

«Во-первых, стоит разделить весь наш космический комплекс на две части. Есть фундаментальные научные исследования, ценность которых несомненна. Потому что речь идет об исследованиях, которые позволяют дать ответ на вопрос происхождения Вселенной. Вопрос и научный, и философский. Вопрос, который мучил человечество с момента его возникновения. И есть исследования, которые носят прикладной характер. Кстати, наше Научно-производственное объединение прикладной механики занимается именно этими вопросами. Сегодня создаваемые нами спутники связи — это не только телевидение, но и телефонная, телеграфная и факсимильная связь, системы автоматизированного управления и сети ЭВМ, передача матриц для печатания газет — вот далеко не полный перечь задач, решаемых в наши дни техникой спутниковой связи… Бурное развитие космической техники явилось мощным стимулом совершенствования машиностроения, электроники, энергетики и других отраслей промышленности. Вот почему сегодня перед нами стоит вопрос более эффективном использовании достижений космонавтики интересах народного хозяйства…

Академик М.Ф. Решетнёв выступал с докладом в День космонавтики. Он четко обрисовал ситуацию, которая складывается в освоении космоса не только нашей стране, но и мире. Михаил Федорович подчеркивал, что спутниковым системам предстоит стремительное и бурное развитие.

Он оказался прав: его предвидение осуществляется в наши дни. Но, к сожалению, не самим Решетнёвым, а его соратниками, учениками и последователями.

Прощались с академиком М.Ф. Решетнёвым морозным январским утром 1996 года всем городом, для жителей которого он стал «своим», потому что и в лихие 90-е отстаивал интересы и людей, и отрасли, и всей страны.

К боли утраты присоединилось и другое чувство — обида на руководство страны. Вот как пишет в своих воспоминаниях один из ведущих специалистов «фирмы Решетнёва»:

«Решетнёв и при жизни всеми знавшими его признавался одним из самых значительных людей страны. Тем острее переживалось жителями Красноярска-26, коллективом НПО ПМ полное игнорирование скорбного события его смерти как со стороны президента РФ, лично его знавшего, так и со стороны СМИ. Особенно — телевидения, которое «вещает» исключительно благодаря труду НПО ПМ. Странно. Поверенный в делах США счел своим долгом почтить память ушедшего из жизни Человека, а наши…»

Я специально не называю фамилию автора этих воспоминаний, так как его точку зрения разделяют все жители Железногорска, которыми довелось побеседовать.

Свою любовь к Михаилу Федоровичу они выразили в великолепном памятнике, что установлен центре города. А на надгробной плите значится лаконичная, но точная надпись: «Своими делами в космосе он прославил Сибирь и Россию».

Владимир ГУБАРЕВ

научный обозреватель «НВ

Рейтинг@Mail.ru