Главная / Скандалы / С полок — в утиль

С полок — в утиль

Как Пенсионный фонд расправляется с архивными делами россиян

9 июня отмечается Международный День Архивов. Мир чествует хранителей своего прошлого, воздает уважение архивариусам. В России День Архивов можно смело назвать не праздничным, а траурным для исследователей и миллионов граждан. Прямо сейчас по всей стране идет срочное уничтожение ценных исторических источников.

В топку кидают наградные листы ветеранов, письма с фронта и похоронки отправляются в макулатуру, мешки с тысячами трудовых книжек, дипломов, справок приготовлены на утилизацию. Истории людей, столкнувшихся с непонятным явлением в архивах, – одна трагичнее другой, и самое страшное – непонятно, кому жаловаться и ка это остановить.

Горькие утраты

Из письма в редакцию Татьяны Филенко, с. Шевченковское, Краснодарский край:

«В апреле этого года выплатное дело моего прадеда, Макаренко Николая Васильевича, участника ВОВ, уничтожено Пенсионным фондом. Тем самым десять правнуков утратили частичку себя. Этот факт душит меня уже месяц. Мне, первой правнучке, было почти одиннадцать лет когда его не стало, а некоторые еще даже не родились. Сейчас все мы чтим память о нём, участвуя в акции «Бессмертный полк».Но возможно ли помнить и гордиться фотографией и датами на штендере? Нет! Гордиться нужно человеком, а для этого надо о нём хоть что-то знать! А как узнать, если всё уничтожают?»

Прадедушка Татьяны Макаренко Николай Васильевич (22.05.1924 – 21.05.2000 гг.) на пенсию вышел в с. Шевченковское Крыловского района Краснодарского края. Правнучка обратилась в отделение Пенсионного фонда по станице Кущевская:

«Прошу направить копии документов, носящих личный характер из выплатного дела моего прадедушки. Особенно интересуют документы, содержащие автобиографичные сведения (о трудовом стаже, образовании, характеристики, справки), документы о супруге, детях, рукописные документы, составленные прадедушкой, иная сохранившаяся информация.Копии документов из выплатного дела моего прадедушки я запрашиваю исключительно для семейного архива и дальнейшего исследования истории моей семьи. Документы, подтверждающие родство, прилагаю».

Ответа ждали с душевным трепетом, а получили от зам.начальника управления Гаркушина вот что:

«Согласно акта №1 от 29.03.2021 «О выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению», выплатное дело вашего прадедушки Макаренко Н.В., умершего 21.05.2000 г, выплата пенсии по которому прекращена с 1 июня 2000 г., выделено к уничтожению… Согласно справки от 13.4.21 г., выданной ООО «Бумажная фабрика», документы приняты и уничтожены путем роспуска макулатуры в гидроразбивателе до отдельных волокон на БДМ ООО «Бумажная фабрика». В случае несогласия вы вправе обратиться с жалобой…»

Куда? К кому? Дело-то уже сделано… Вся семья Николая Макаренко находится в глубоком шоке. Почему выплатное дело прадедушки надо было уничтожать, а не передать его на хранение семье, ведь заявление в пенсионном фонде лежало несколько месяцев?

Распоряжение ПФР об уничтожении архивов

И второй удар. Знаете, что такое гидроразбиватель? Это — часть бумагоделательной машины. А что делает эта машина, знаете? Правильно, туалетную бумагу…

— Так было не всегда, — рассказала «НИ» Хаванова Олеся Валериевна, проживающая на Урале. — Когда я получила копию выплатного дела на свою прабабушку Феоктисту Григорьевну, я готова была рыдать от счастья! Они переселились с Украины в 1910 году. Что происходило с ней, начиная с этого года, мы боле-менее знали. А раньше? Откуда они? Где корни? И вдруг мы видим выписку с паспорта, в которой указан год и место рождения! А вы знаете, что такое для составителя семейной истории узнать место? Это все. В этом же деле было похоронное извещение на ее убитого на фронте младшего сына Алексея. Приложены протоколы заседаний сельсоветов и ее прошение на назначении пенсии. Еще один очень ценный и единственный в своем роде документ, который был там, — справка, выданная Феоктисте Григорьевне как матери сына Алексея с его места работы до призыва в армию. Да, он работал целый год бухгалтером. Почему этот документ ценный? Да потому что я нашла, где хранится архив этого предприятия, но мне сказали, что без доказательства родства они не выдадут документы. Доказательство того, что Алексей Трофимович является братом моей бабушки, Елизаветы Трофимовны и того, что у них одни и те же родители, у меня не было: 1921 год его рождения я не нашла ни в загсе, ни в архиве. А в этой маленькой справке Алексей Трофимович указан сыном Феоктисты Григорьевны. Но разве это не доказательство родства? Так мы заново обрели практически всю семью.

Но есть и плохие новости. 28 мая пришел ответ из УПФР г. Магнитогорска Челябинской области. Оказывается, еще две недели назад, без извещения семьи и без удовлетворения нашего запроса, были уничтожены выплатные дела прадедушки и прабабушки мужа Олеси Хавановой. А все из-за приказа о сокращении архивных площадей.

Дела макулатурные

— Если вы думаете, что уничтожение пенсионных дел — местечковая и разовая проблема, то это не так, — поделилась с НИ историк-исследователь, автор справочника «Научно-справочный аппарат архивов Российской Федерации. Мониторинг 2020» Татьяна Максимова. — Кроме пенсионных дел уничтожаются вторые экземпляры актовых книг ЗАГСов (а первый и второй экземпляры вовсе не идентичные, есть расхождения в датах, в написании данных и есть законодательные пробелы, никаким образом не урегулированные), личные дела студентов ВУЗов, кадровые документы. Личные дела ушедших в Московское ополчение студентов были единственным источником сведений о них. Списки ополченцев и их фотографии не сохранились. Многие фамилии отсутствует на сайте «Память народа» и «Подвиг народа», т.к. они погибли в окружениях и поименных списков потерь не составлялось. Университеты и институты уничтожили дела своих студентов-солдат Великой Отечественной. Дальше будут уничтожать дела студентов – участников комсомольских строек. Кто из выпускников станет гордостью России, покажет время, и произойдет это, возможно, через 50 -70 лет. А документы — важный источник для будущих исторических баз данных — уничтожаются сейчас…

Откровенно сказать, у нас испокон веков было принято уничтожать документы, ценность которых государство на текущий момент оценивало как низкую. А через 100-200 лет оказывалось, что зря уничтожили. Сейчас наши архивы – слёзы по сравнению в европейскими. Уничтожены метрические книги с записями о рождениях и смертях известных людей, ревизские сказки, исповедные ведомости, листы всех проводившихся переписей. Это были потенциальные источники для изучения истории и создания исторических баз данных, по которым мы могли бы лучше понять и экономику, и демографию, и другие аспекты страны в ретроспективе.

Самыми опустошительными были макулатурные компании 1929 и 1931 года, во многих архивах было уничтожено по несколько вагонов дел. А то, что не погубили тогда, наверстали на рубеже нынешнего века. Ещё 20-30 лет назад вторые экземпляры церковных метрических книг из ЗАГСов буквально выкидывали на улицу, даже в Москве так было. Их собирали в музеи, церкви, дома культуры, просто добрые люди. Не далее, как 5-10 лет назад призывные документы 1941-1945 гг. жгли на задних дворах военкоматов, топили ими бани по причине «истечения срока хранения», сейчас такое происходит с вторыми экземплярами актовых книг за 1918-1923 гг. в ЗАГСах.

— Сложно представить, что столетние документы идут под нож… Почему?

— Так сложилось, что история одного человека имеет сомнительную историческую ценность с точки зрения государства, — говорит Татьяна Максимова. — Если в Европе люди восстанавливают свои родословные, а значит и историю страны до 15 века и глубже по линиям «простолюдинов», то в России считается, что простой крестьянин или рядовой ополченец, убитый в первом же бою,– ничтожные единицы и не могли играть никакой роли в эпохальных событиях.

Самое ужасное, что эта ситуация не вызывает никакого беспокойства у профессионального сообщества – архивистов и историков.

Диверсия или идиотизм?

Москвич Игорь Радовский написал жалобу в Пенсионный фонд РФ на сотрудников Главного Управления ПФР № 8 по г. Москве и Московской области. С 2000 года на каждый очередной запрос по выдаче выплатного дела на свою родственницу он получал отписки, что оно передано на хранение то в один, то в другой отдел, и никто даже не дошел до полки, где оно лежало все это время. В конце мая 2021 года, дело «благополучно» уничтожили, на сей раз оперативно известив заявителя, что больше ходить к ним не надо.

«Учитывая, что моя прабабушка – труженик тыла, мать троих детей, потерявшая мужа-кормильца во время Великой отечественной войны, считаю уничтожение документов и допущенную сотрудниками халатность существенным нарушением моих прав в части получения информации о предках, а также прямым отрицанием заявлений Президента Российской Федерации о необходимости сохранения исторической памяти, — пишет главе ПФР пострадавший Радовский. — Прошу Вас провести расследование, применить к сотрудникам дисциплинарные взыскания и сообщить мне о результатах».

— Извините за такое сравнение, но требовать от главы ПФР наказать сотрудников за халатность и утилизацию архивных пенсионных дел, которые уничтожаются по его собственному приказу, это все равно, что взывать к порядку волка, только что позабавившегося с отарой овец, — заявил «НИ» историк, член комиссии по увековечению Всероссийской общественной организации Ветеранов войны, труда, вооружённых сил и правоохранительных органов, председатель межрегиональной общественной организации «Архивный дозор» Виталий Семёнов. — 1 апреля 2021 г. вступил в силу Приказ Минтруда России от 22.12.2020 г. № 936н1 «О внесении изменений в Положение о сроках хранения выплатных дел и документов о выплате и доставке страховой пенсии, накопительной пенсии и пенсий по государственному пенсионному обеспечению, утвержденное приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 3 сентября 2014 г. № 602н». Что это значит для простых смертных? Сроки хранения пенсионных дел сокращены с 40 до 20 лет, начиная с даты прекращения выплаты соответствующей пенсии.

В распоряжении №803 главы ПФР чётко сказано: в 2021 году добиться освобождения площадей на 30%, в 2022 — на 60%, в 2023 году — полностью освободить площади. Уже с марта 2021года в рамках выполнения данного распоряжения, началось огульное уничтожение выплатных дел на умерших лиц, при полном отсутствии работы экспертно-оценочной комиссии, определяющей ценность данных дел, и я бы сказал, — в полной тайне от историков и широкой общественности.

В «Архивный дозор» поступают видео и фото из региональных ПФР, отправляющих мешки на утилизацию, имеются подтверждения с мест об уничтожении дел в апреле, мае 2021 года. Под уничтожение в частности идут дела лиц, родившихся в 1890-1950 годах, в том числе дела ветеранов войны, членов семей погибших, тружеников тыла, работников оборонных предприятий. Для историков это шок и полное расхождение с официальной политикой государства.

Год назад принята обновленная Конституцию. Напомню ч. ч. 3 статьи 671 — «Российская Федерация чтит память защитников Отечества, обеспечивает защиту исторической правды. Умаление значения подвига народа при защите Отечества не допускается». Только, буквально 20 мая 2021 года сделал программное заявление об отношении к Победе и выстрадавшему ее народу президент Владимир Путин:

«При всей важности больших массовых юбилейных мероприятий приоритет здесь должен быть отдан системной работе. Необходимо продолжать рассекречивать и ….предоставлять гражданам новые возможности по установлению судеб, боевого фронтового пути их родных…»

В ответ архивы предлагают гражданам сдавать документы об участниках войны из семейных архивов. А в это время такие же документы уничтожаются тоннами в рамках ведомственного приказа. При этом сведения о том, что эти документы, якобы, не являются ценными, дают представители региональных ПФР, которые не имеют архивного образования, не могут оценить историческую значимость данных документов.

-Ваша организация общественная. А почему молчат те, кто отвечает за архивную политику государства? Есть Росархив, разве он не в силах остановить ведомственную вакханалию?

— ПФР и органы социального обеспечения не являются источниками комплектования для региональных и федеральных архивов, на то, что происходит с документами пенсионного фонда Росархив смотрит сквозь пальцы, и это было учтено инициаторами нынешнего разбоя. Затевая его, руководство ПФР явно рассчитывало, что у рядовых сотрудников сработает «инерция»: «Мы и раньше уничтожали, так что же изменилось? Почему такой шум?!»

Да и само действие по уничтожению доков было хорошо продуманно. Его «спрятали» в общем направлении на цифровизацию и уменьшение сроков хранения бумажных дел в других областях, например, в органах здравоохранения и Загсов, умышленно «оставив за кадром», что только органы ПФР и Министерства труда имеют такой ценный объем информации как выплатные дела.

И что характерно. Сознательно не был учтён положительный опыт некоторых регионов, где расположены вменяемые отделения ПФР. В Псковской области и Республике Калмыкия передали архивные пенсионные дела участников ВОВ на хранение в муниципальные и государственные архивы, сформировали фонд документов о защитниках Родины. По ситуации, не по бездумному приказу о зачистке, поступили отделения ПФР Хабаровского края и Иркутской области. Здесь проводят бессрочные акции «Весточка из прошлого – в родные руки» и «Память». Документы из архивных пенсионных дел с истекшим сроком хранения передаются родственникам, подтверждающим родство, либо вручаются в дар краеведческим музеям. А в Нижегородской, Челябинской Ярославской областях передали в архивы вторые экземпляры книг ЗАГС

Таким образом, мы видим, что данная проблема, если чиновники включают голову, является решаемой.

«Архдозор» не жаждет крови, мы за то, чтобы остановить непоправимое, Мы просим хотя бы не уничтожать дела, ввести мораторий на их утилизацию, не добавлять пустых страниц в историю родины. И очень рассчитываем на помощь гражданского общества: запрашивайте, пока не поздно, выплатные дела на своих родственников, составляйте семейные родословные, передавайте их в музеи, в базу «Память народа — ОБД-Мемориал» или просто до лучших времен храните их у себя дома.

Людмила Бутузова

По материалам: «Новые Известия»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru