Home / Экономика / Греф неподсудный

Греф неподсудный

Что скрывается за предложениями главы Сбербанка

Статусные представители власти и приравненные к ним эксперты на недавно завершившемся Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) всячески демонстрировали уверенность в завтрашнем дне. Правда, с рецептами вывода экономики из кризиса оказалось худо. Зато была сделана как минимум пара серьёзных заявлений, одно из которых сильно напугало наблюдателей, а другое, похоже, осталось незамеченным. И зря.

Самое обсуждаемое предложение, вынесенное на форум, исходило от экс-министра финансов, а ныне главы Центра стратегических разработок Алексея Кудрина. Он порекомендовал за ближайшие семь-восемь лет полностью приватизировать российский нефтяной сектор. «Там не нужно нам сегодня государственных компаний», – подчеркнул финансист. Это заявление ожидаемо вызвало целый шквал комментариев, преимущественно критических. А вот идеи другого политического тяжеловеса, руководителя Сбербанка Германа Грефа, остались без должного освещения.

Комментируя итоги завтрака, который традиционно устраивает Сбер в рамках ПМЭФ, экс-министр экономического развития и торговли, а ныне банкир рассказал журналистам о том, что стало предметом обсуждения его участников. По словам Грефа, обсуждалась «приоритизация: какие именно реформы, в какой последовательности проводить». «Реформа номер один – судебная и правоохранительная, номер два – реформа государственного управления», – сообщил глава Сбербанка. И это прозвучало угрожающе.

Своя мантия ближе к телу

По Грефу, получается так, что назревшие экономические реформы для России не являются приоритетными. Куда важнее переформатировать судебную власть и устройство силовых структур.

Но если с последними в свете появления и усиления Росгвардии всё более-менее понятно, то для выяснения того, что может желать финансист от отечественной Фемиды, нужно обратиться к новейшей истории.

Вот уже несколько лет пресса фиксирует скандалы, происходящие между Сбербанком и его заёмщиками. Часто эти разбирательства случаются из-за решений третейского суда, вынесенного в пользу финансового учреждения. Здесь вспоминается относительно свежий конфликт в Екатеринбурге, где банк, ссылаясь на невозврат кредита, взыскал как раз через третейский суд с компании «УктусСтрой» права на земельный участок под недостроенным жилым комплексом и долю в уставном капитале данного совместного проекта. «Это чем-то напоминает отъём бизнеса» – так отзываются о действиях банка застройщики.

Также на слуху многолетнее разбирательство структуры Грефа с ООО «Софид». С него банк взыскал как сумму долга со всеми неустойками, так и имущество. Защищаясь, фирма дошла до президиума Высшего арбитражного суда с информацией о том, что Сбер аффилирован с вынесшим вердикт АНО «Центр третейского разбирательства». Справедливости ради надо уточнить, что обязанность рассмотрения споров между сторонами именно этим АНО была прописана в договоре.

Что интересно, в ноябре 2014 года Конституционный суд РФ не увидел никакого криминала в подобных связях, решив, что «третейские суды вправе рассматривать споры с участием их учредителей». Тогда наблюдатели заговорили о вероятной «волне зло­употреблений, жертвами которых станет в первую очередь малый бизнес».

А уже в 2016-м, всё на том же Петербургском международном экономическом форуме, начальник управления судебной защиты правового департамента Сбербанка Сергей Минкин привёл такую статистику: за 2015 год финансисты передали на рассмотрение в третейский суд 10 тыс. споров. «Нас текущее состояние правовой среды и состояние институции третейского разбирательства устраивает», – констатировал Минкин.

Однако, видимо, за год что-то неуловимо изменилось. Теперь Греф хочет, чтобы все суды обрели хозяев? Может, кого-то перестал устраивать независимый суд во главе с сильным и самодостаточным Верховным судом?

Наложники налогов

Если лоббирование интересов одного из крупнейших банков страны увенчается успехом, отечественному бизнесу придётся жить в условиях, когда пресловутое «небо в овчинку» вовсе будет затянуто тучами.

Ведь в России и без Грефа есть кому «кошмарить» предпринимателей. Так, по данным Института экономики роста имени Столыпина, в позапрошлом году к административной ответственности было привлечено более 400 тыс. фирм, то есть каждое 10-е юрлицо. На них было наложено более 44 млрд рублей штрафов. При этом «об отсутствии наказаний заявил каждый четвёртый опрошенный», то есть карам регулярно подвергается три четверти делового сообщества.

В прошлом году ситуация в определённой степени ухудшилась. Согласно исследованию «Опоры России», количество проверок бизнеса снизилось, однако параллельно увеличился средний размер санкций. В частности, «в Роспотребнадзоре средний штраф увеличился на 2,3%, в Ростехнадзоре – на 105,58%, в Роструде – на 12,93%».

Можно предположить, что к списку ведомств, уполномоченных залезать под ногти предпринимателям, собирается примкнуть и Сбер. Благо технология взыскания денег и имущества через третейские суды отработана.

В таких условиях отечественный бизнес теряет остатки своих весьма скромных прав. «Актуальная шутка: предпринимателя посадили в тюрьму и не сказали, за что. Мысли о том, что он ни в чём не виновен, у него нет. Он лишь перебирает, за что бы его могли посадить?» – комментирует вице-президент экспертно-аналитического центра «Модернизация» Михаил Абрамов. И далее перечисляет: «За «незаконное» возмещение НДС по счетам-фактурам, которые он получает от поставщиков, или за получение «необоснованной налоговой выгоды», или за «откаты» покупателю, без которых тот отказывается покупать, или за выдачу зарплаты рабочим в «конвертах»… «Так сделано, чтобы работать и одновременно не нарушать было невозможно», – говорит эксперт.

Для отвода глаз?

Но не исключено, что все разговоры о скорых преобразованиях, будь то в экономической или судебной сфере, так и останутся разговорами. Такой вывод можно сделать из целого ряда заявлений, сделанных не последними в российской номенклатуре деятелями.

«Действующая социально-экономико-политическая система в стране является удивительно целостной, сбалансированной и даже по-своему гармоничной… Ей уже больше 15 лет. Это что означает с точки зрения реформ? Это означает, что попытаться провести экономическую реформу, не затрагивая собственно основы государственного устройства, малореально» – эти слова принадлежат бывшему первому зампреду правительства, экс-министру финансов, ныне главе «Роснано» Анатолию Чубайсу. Выходит, призывать реформировать суды можно, хотя формально это и граничит с попыткой оспорить текущий государственный строй и нормы Конституции? А вот экономику «не трожь»?! Но там ли проблему ищет либерал? Рубль год от года теряет стоимость, богатеют у нас разве что крупные госбанки, бизнес частный чахнет. Или что, надо всех загнать в третейские суды, чтобы частник даже и подумать не смог о защите из-за дороговизны процессов и космических сроков, тогда экономика попрёт? Перед носом у России жестокие суды Китая – но там экономика растёт неплохими темпами. Где прямая связь? Или надо всё сделать по лекалам Украины? Там ещё с середины 90-х различные фонды проводили политику, что суды должны стать «абсолютно независимыми от власти». Независимость суда приняла странные очертания – суд может пойти против позиции государства (три года не решаются вынести вердикт по пожару в одесском Доме проф­союзов 2 мая 2014 года). Зато люди в мантиях не могут перечить мнению Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ), подконтрольному американцам, ведь именно они собрали весь компромат и взаимодействуют с общественниками, которые тут же раздувают пожар скандала под неудобным судьёй.

В выступлении президента РФ на пленарном заседании ПМЭФ слово «реформа» не прозвучало ни разу. Пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков позднее конкретизировал, можно сказать, то, о чём не сказал Путин: мол, проблему преобразований «решит тот, кто будет избран президентом, и тот, кто будет назначен председателем правительства». «Все продолжат работать, как работали, и скорее всего всё будет хорошо», – добавил Песков. То есть актуальный вопрос отложен как минимум до весны 2018 года.

«Логика правящей аристократии понятна – любые реформы действительно могут иметь только комплексный характер. Экономика в системном кризисе, поэтому и лечить её придётся так же – по всем направлениям. Если ставить задачу на проведение реформ, в конце которых будет создана успешная модель развития, то в этой модели вся нынешняя номенклатура оказывается не у дел – она успешна только в нынешних условиях, в любых других она немедленно превращается в аутсайдера и сходит со сцены», – комментирует аналитик Анатолий Несмиян.

А раз так, то есть вероятность, что предложения Кудрина и Грефа также будут отвергнуты. Если, конечно, их не посчитают достойными внимания инструментами дальнейшего «системного разрушения».

Из первых уст

Гарантии справедливого суда

В то время как Герман Греф заявлял, не вдаваясь в детали, о «приоритетности» реформы судебной системы, Владимир Путин сообщал участникам пленарного заседания ПМЭФ о её совершенствовании: – Важнейшее, принципиальное значение для предпринимателей, для всех граждан имеет эффективная защита их прав, их бизнеса, их собственности. В этой связи хотел бы сказать, что уже согласован пакет предложений по совершенствованию судебной системы. Он обсуждался и прорабатывался с экспертами, с руководством Верховного суда Российской Федерации.Речь идёт об укреплении независимости судей и улучшении подготовки судейских кадров, об оптимизации судебного процесса и снижении необоснованной нагрузки на судей. Смысл всех этих мер в том, чтобы создать дополнительные гарантии для справедливого, объективного судопроизводства.

Всеволод Истомин

Источник: «Версия»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru