Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Вторник, 25 09 2018
Home / Общество / Человек при деле

Человек при деле

Поселок Савинское Плесецкого района Архангельской области вряд ли может похвастаться широкой известностью. Основной род занятий немногочисленных жителей – их, по данным последней переписи, немногим больше семи тысяч человек, – лесозаготовка и обработка пиломатериалов. Впрочем, упоминание о Савинском вы найдете едва ли не в любой бумажной или сетевой энциклопедии: именно здесь 25 декабря 1951 года родился один из наиболее ярких политиков и предпринимателей современной России Александр Николаевич Шохин

Семья учительницы и шофера, выходцев из Орла, оказалась в краях столь отдаленных исключительно по собственной воле: жилось в послевоенном СССР тяжело, а на Севере все-таки платили больше, и Шохины надеялись на лучшее. Не вышло – у маленького Саши с детства начались проблемы со зрением, да старшим было нелегко – уроженцам солнечных мест трудно привыкнуть к холодным землям. И уже в три года Александр переезжает вместе с семьей в тогда еще подмосковную Капотню (столичным районом она станет только в начале 60-х). Жилось, впрочем, и здесь не легче: матери удалось устроиться лишь ткачихой на ковровый комбинат в Люберцах, отец же продолжал шоферствовать. Поселились в бараке.

Но жизнь постепенно налаживалась. Началось массовое жилищное строительство. Теперь модно ругать так называемые «хрущевки», но попробуем вообразить, с какой радостью переезжала семья Шохиных из барака, где из всех удобств, по воспоминаниям самого Александра Николаевича, был лишь люфт-клозет в конце общего коридора, сначала в коммуналку, а потом и в собственную квартиру в Кузьминках. Здесь Александр и пошел учиться в 461-ю школу, которую и закончил в 1969 году. О том, с какими, без преувеличения, яростью и рвением учился будущий доктор наук и профессор, вице-премьер правительства России и первый заместитель Председателя Государственной Думы, одноклассники вспоминают до сих пор. Удивляться этому, впрочем, не приходилось: лишь образование давало Александру единственный серьезный шанс всерьез изменить  уже предписанный ему, казалось бы, путь за руль грузовика или в наладочную бригаду ткацкого комбината.

За руль, впрочем, сесть не вышло бы:  юношу со зрением «-9» в шоферы просто не пустили бы. Как не пустили и в армию. Физика – он посещал подготовительные курсы в МИФИ, – отчего-то  перестала его вдохновлять, и, в конце концов, в том же 1969 году Александр поступает на экономический факультет МГУ. Сначала на вечернее отделение (надо было поддерживать семью, и молодой Шохин, одновременно с учебой, работает на своем же факультете лаборантом). И лишь на втором курсе переводится на дневное.

Университет он окончил в 1974 году. Надеялся на поступление в аспирантуру, но незадолго до защиты диплома на факультете разразился скандал: после того, как Шохин и его соученики попытались устроить научную конференцию с крайне неудачно по тем временам подобранным названием «Мировая революция», он был назван «особо бдительными» едва ли не троцкистом. Студенты имели в виду совсем другое – происходящие в стране и в мире революционные прорывы в самых разных областях, – но убеждать в этом партком пришлось долго. Однако, удалось. Избежав исключения из комсомола, которое автоматически привело бы и к изгнанию из МГУ, Александр был вынужден распрощаться и с мечтой об аспирантуре.

Тут уместно заметить, что самостоятельность, граничащая с вольнодумством, была характерна не только для студентов экономического факультета 70-х и начала 80-х годов, но и для преподавателей, среди которых трудно не вспомнить Станислава Шаталина, Гавриила Попова, Николая Петракова или Евгения Ясина. Потому неудивителен и подбор сотоварищей Шохина по факультету – Егор Гайдар, Петр Авен, Сергей Дубинин, Сергей Алексашенко и многие другие из тех, кому предстоит встать в начале 90-х уже не у шоферского руля – у руля реформ российской экономики.Многие из тех выпускников экономфака нашли друг друга позднее,  но общая атмосфера экономического вольнодумства, совмещавшегося с деловым подходом, заложенная на факультете, позволяла им понимать друг друга и организовывать командную работу – деловые знакомства с такими людьми как Андрей Нечаев, Андрей Костин, Эльвира Набиуллина, состоявшееся уже в 1990-х, оказались более чем плодотворными. Выпускникам экономфака было легко найти общий язык.
Неприятности, подобные описанной выше, были, однако, на экономическом факультете редки – все понимали, о чем дозволено говорить вслух, а о чем – лишь в узком кругу. Александру Шохину в этом смысле, пожалуй, просто не повезло.

Впрочем, на его будущей карьере это почти никак не сказалось – разве что вместо очной аспирантуры он отправился работать в Научно-исследовательский экономический институт при Госплане СССР, а кандидатскую диссертацию (равно как затем и докторскую) готовил формально вне стен родного факультета. Карьера явно шла «на разгон»: заведующий сектором НИИ труда Госкомтруда СССР (1979-82), заведующий лабораториями в Центральном экономико-математическом институте и в Институте народнохозяйственного прогнозирования (1982-87), затем – советник Министра иностранных дел СССР Э.А.Шеварднадзе и начальник Управления международных экономических связей МИД СССР (с 1987-го). В те годы высокопоставленные сторонники политики перестройки в руководстве КПСС надеялись на то, что яркие молодые экономисты сумеют выработать концепцию «экономики социализма с человеческим лицом», минуя смущавшие их рифы экономики рыночной. Поколение Шохина искренне старалось, но каждый новый шаг все явственнее приводил их к пониманию неизбежности рынка.

…Уже через пять дней после поражения ГКЧП, 26 августа 1991 года, Александр Шохин становится министром труда РСФСР, а с 6 ноября – заместителем председателя правительства по социальным вопросам. Даже коллеги по «правительству молодых реформаторов» предупреждали Шохина о том, что это равнозначно политическому самоубийству, мрачно предрекая, что он не продержится на своем посту и полугода – слишком непопулярные реформы предстояло провести именно в его «епархии». Несмотря на эти пророчества, Шохин оставался незаменимым на обеих совмещаемых должностях (с учетом малозначимых перестановок и ведомственных переименований). И даже после отставки правительства Е.Т.Гайдара и избрания в декабре 1993 года В.С.Черномырдина новым премьером оставался министром экономики, а затем, с марта по ноябрь 1994-го, вновь вице-премьером.

Но затем все-таки ушел: по официальной версии, желая посвятить себя политике, по версии же неофициальной — окончательно разойдясь во взглядах с влиятельной группой новых министров. Но не с Черномырдиным. Именно по приглашению Виктора Степановича он активно занимается в 1995 году созданием Движения (де-факто, партии) «Наш дом – Россия», занимает пост заместителя председателя НДР. И в декабре становится депутатом Государственной думы II созыва, и вскоре – первым заместителем Председателя Думы.

Профессионализм и авторитет Александра Николаевича становится фактом настолько неоспоримым, что в сентябре 1998 года его назначает своим заместителем Е.М.Примаков – человек, чьи взгляды все же отличались от взглядов Шохина. И, после краткого раздумья, Шохин подает в отставку. В 2002 году он добровольно сдает мандат депутата Госдумы, и пробует свои силы в бизнесе. Но в конце концов приходит к выводу, который не стесняется озвучить в целом ряде интервью: в отличие от многих университетских товарищей бизнес – не его стезя. И с 2005-го он сосредотачивается на работе в должности президента Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП). И еще – на крайне дорогом и важном для него еще с 1995 года посту Президента Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ).

Итак, отметим «на полях»: не занимая уже более пятнадцати лет должностей ни в правительстве, ни в парламенте, Шохин – по-прежнему одна из влиятельнейших фигур на российской политической сцене. «Есть слишком много текущих дел, где я могу быть полезнее», – говорит он. И на вопрос «Комсомольской правды» в августе 2018 года о проблемах сегодняшнего дня он рассуждает о том, как страна может пережить новый виток санкций, о необходимости «радикального улучшения деловой среды и инвестиционной привлекательности российской юрисдикции», о «стимулировании возврата капиталов», о схемах финансовых амнистий и о многом, многом другом.

Это очень редкое умение – вне зависимости от высоты поста и могущества полномочий оставаться в нужном месте в нужное время. При деле, то есть.

Евгений Нифонтов


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru