Главная / Экономика / Глава Якутии заявил о риске срыва инвестконтракта «Мечела» по Эльге

Глава Якутии заявил о риске срыва инвестконтракта «Мечела» по Эльге

Глава Якутии заявил, что «Мечел» Игоря Зюзина не может активно развивать Эльгинское месторождение угля и рискует нарушить условия инвестконтракта к октябрю 2020 года. Тогда компании придется отказаться от налоговых преференций

Почему у главы Якутии возникли вопросы к «Мечелу»

«Мечел» Игоря Зюзина как участник регионального инвестиционного проекта должен обеспечить выполнение инвестиционной декларации и вложить значительную сумму в развитие Эльгинского месторождения за пятилетний период, заявил РБК глава Республики Якутия Айсен Николаев. Срок заканчивается в октябре 2020 года. «Сейчас мы не видим, что компания за оставшийся год сможет найти источники и успеть инвестировать оставшиеся средства», — уточнил он.

Эльгинское месторождение в юго-восточной части Якутии — крупнейшее в России месторождение коксующегося угля с запасами 2,2 млрд т. Проектная компания «Эльгауголь», оператор по ее освоению, подконтрольный «Мечелу» («Мечел» владеет 51%, остальное — у Газпромбанка), получила статус участника регионального инвестпроекта в Якутии в конце сентября 2015 года. Как рассказал РБК источник, знакомый с условиями проекта, за 2016–2018 годы «Эльгауголь» осуществила вложения менее чем на 5,5 млрд руб. Это лишь около 7% от общего объема (около 80 млрд руб.) инвестиций, которые обещала компания, пояснил он. В оставшийся год «Эльгауглю» предстоит инвестировать 73 млрд руб.

Участие в региональных инвестпроектах дает налоговые преференции, заявил в 2015 году замминистра экономики Якутии Евгений Чекин: «Статус позволит компании применить льготные ставки: по налогу на прибыль — нулевая ставка (по части налога, которая идет в республиканский бюджет. — РБК) на первые пять лет и, соответственно, 10% на следующие пять лет. А также в течение десяти лет идут понижающие коэффициенты по налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ), где коэффициенты повышаются каждые два года, то есть на первые два года НДПИ обнуляется полностью и дальше по нарастающей добавляется коэффициент 0,2».

«У компании [«Мечел»] пока отсутствует возможность для активного развития Эльги, в этом году добыча будет в районе 5 млн т или, к сожалению, даже меньше, хотя в 2020 году она должна была дойти до 20 млн т», — отметил глава Якутии. По итогам января—сентября 2019 года добыча на Эльгинском комплексе сократилась на 17%, до 3,23 млн т, сообщила пресс-служба компании. Деятельность группы «Мечел» осложняется высокой долговой нагрузкой: чистый долг без пеней, штрафов и опционов на 30 сентября составил 408 млрд руб., снизившись за девять месяцев на 15 млрд руб.

«Если налогоплательщик не выполняет условия инвестиционной декларации, то по результатам налоговой проверки может быть вынесено решение о возврате предоставленных налоговых льгот», — указал Айсен Николаев, добавив, что к лицензионному соглашению на Эльгу эти условия не имеют отношения. По словам источника, знакомого с региональным инвестпроектом, налоговые льготы «Эльгауголь» от Якутии за 2015–2019 годы оцениваются примерно в 1 млрд руб.

Глава Якутии признал, что надо отдать должное «Мечелу», который начал добычу на Эльгинском месторождении в 2011 году: «В труднейших условиях построена железная дорога, создается производственная инфраструктура, и началась добыча на месторождении. Это дорогого стоит».

«Контроль исполнения региональных инвестпроектов находится в зоне ответственности налоговых органов, а не правительства региона. Администрация региона только отбирает инвестпроекты», — отмечает партнер юридической компании «Шаповалов и Петров» Сергей Шаповалов. «Чтобы получить статус участника регионального инвестиционного проекта, компания предоставляет два документа — инвестиционную декларацию и инвестпроект, в которых фиксируются инвестиционные обещания. Заявлять и не выполнять обещания — рискованное поведение», — предупреждает он. Представитель «Мечела» отказался от комментариев.

Как решить проблему с развитием Эльги

Летом 2019 года «Мечел» предложил основным кредиторам — ВТБ, Сбербанку и Газпромбанку — провести реструктуризацию кредитов, так как со следующего года компания должна начать выплаты основной части долга, а денег на это не хватает. «Несмотря на то что компания стабильно работает и генерирует денежный поток, достаточный для выполнения всех своих текущих финансовых обязательств, обслуживания долга и финансирования капитальных затрат, в текущих обстоятельствах этого денежного потока не хватит, чтобы в период 2020–2022 годов выполнить все обязательства по погашению долга», — указано в отчете компании за первое полугодие 2019 года.

«Высокая долговая нагрузка и необходимость ее реструктуризации в следующем году сильно обостряют ситуацию. Как я понимаю, многие банки считают, что лучше забрать этот актив (Эльгинский проект. — РБК) [у «Мечела»], чем ждать, когда он выйдет на производство 20 млн т и начнет с ними нормально рассчитываться. Но это переговорный процесс, и нам бы хотелось, чтобы он проходил цивилизованно», — сказал РБК глава Якутии.

Ситуация обостряется также из-за того, что «Мечел» ищет деньги на выкуп оставшихся 49% Эльгинского проекта у Газпромбанка, который получил этот пакет в рамках предыдущей реструктуризации задолженности металлургической компании в 2016 году, а теперь решил его выставить на продажу. В конце сентября 2019 года «Мечел» принял оферту на выкуп доли Газпромбанка, и у него есть время до 20 января 2020 года на завершение сделки. Если компания Зюзина не успеет найти деньги, то «Мечел» лишится преимущественного права и банк сможет продать долю стороннему покупателю, говорил один из собеседников РБК.

На Эльгу есть еще один претендент — компания «А-Проперти», принадлежащая сооснователю Yota Альберту Авдоляну, который в сентябре стал контролирующим акционером другой компании в Якутии — Якутской топливно-энергетической компании (ЯТЭК), выкупив долги у ее основных кредиторов. «А-Проперти» заинтересована в покупке не только пакета Газпромбанка, но и в создании на базе ЯТЭК и Эльги промышленного кластера, говорила ранее ее представитель. В четверг, 12 декабря, она отказалась от комментариев.

«Игорь Владимирович [Зюзин] сейчас сделал заявку на то, что готов купить 49% Эльги. Если он найдет возможность привлечь деньги и вернет себе 100%, тогда мы с ним дальше будем обсуждать проект развития всей этой территории. В случае если произойдет обратное и его пакет перейдет к другим финансовым или промышленным структурам, то мы будем [с ними] обсуждать подходы [к развитию Эльги]», — сказал Николаев. По его словам, для Якутии главное, чтобы Эльгинский проект не остановился на 5 млн т угля, а в ближайшие годы появилась возможность производить не менее 20 млн т.

Глава Якутии — РБК: «Мы не хотим влезать в спор хозяйствующих субъектов»

— До 20 января 2020 года «Мечел» Игоря Зюзина должен выкупить долю Газпромбанка в Эльгинском проекте. Альберт Авдолян — второй претендент на пакет банка. Как вы смотрите на эту ситуацию?

— Эльгинский проект может стать одним из крупнейших угольных проектов в нашей стране. Я всегда говорю, что это не проект по освоению одного месторождения, а целый угольный бассейн, скорее всего, по масштабам сопоставимый с Кузбассом и Донбассом. Только Эльгинское месторождение — это почти 2,5 млрд т коксующегося угля, не сильно подверженного колебанию цен, которые могут быть существенным источником доходов для бюджетов разных уровней.

Эльгинское месторождение (Фото: mechel.ru)

Надо отдать должное «Мечелу», потому что в труднейших условиях построена железная дорога, создается производственная инфраструктура и началась добыча на месторождении. Это дорогого стоит. Но у компании пока отсутствует возможность для активного развития Эльги, в этом году добыча будет в районе 5 млн т или, к сожалению, даже меньше, хотя в 2020 году она должна была дойти до 20 млн т.

— Какие предусмотрены санкции, если «Мечел» не успеет довести добычу на Эльгинском месторождении до 20 млн т в 2020 году? Может ли у компании быть отозвана лицензия?

— Как участник регионального инвестиционного проекта «Мечел» должен обеспечить выполнение инвестиционной декларации и вложить значительную сумму за пятилетний период, срок заканчивается в октябре 2020 года. Как я уже сказал, сейчас мы не видим, что компания за оставшийся год сможет найти источники и успеть инвестировать оставшиеся средства.

Если налогоплательщик не выполняет условий инвестиционной декларации, то по результатам налоговой проверки может быть вынесено решение о возврате предоставленных налоговых льгот. К лицензионному соглашению данные условия не имеют отношения.

— Когда компания «А-Проперти» Авдоляна в сентябре 2019 года подала ходатайство о покупке 49% Эльги у Газпромбанка, ее представитель говорил, что планирует на базе Эльги и Якутской топливно-энергетической компании (ЯТЭК) создать промышленный кластер в Якутии.

— Я с Альбертом Авдоляном достаточно часто контактирую. Конечно, интерес у него есть. Но я бы не говорил, что он хочет создать кластер на базе обоих этих активов [ЯТЭК и Эльги], они все-таки разные — газовые и угольные проекты. <…> Я человек открытый, в том числе поэтому по Эльге и с Зюзиным достаточно часто встречаюсь, и с Авдоляном. И с министром энергетики [Александром Новаком] мы этот вопрос обсуждали, и с [министром промышленности Денисом] Мантуровым в целом ситуацию по «Мечелу».

— Какой вариант для республики более предпочтительный?

— Мы не хотим влезать в спор хозяйствующих субъектов. Там уже идет перетягивание — оферта туда, оферта сюда (Газпромбанк в сентябре, получив предложение о продаже своей доли от Авдоляна, направил оферту на ее выкуп «Мечелу», через месяц «Мечел» принял эту оферту. — РБК). Мы абсолютно толерантны: мы хотим, чтобы все эти финансовые вопросы были каким-то образом решены и у нас появился конфидент, с которым мы сможем сесть и обсудить развитие Эльги.

— ВТБ, недавно ставший крупнейшим кредитором «Мечела» с долей более 50%, обозначал свою позицию?

— Я во внутренние взаимоотношения компании с банками не влезаю. В случае продажи контрольного пакета Эльги долговая нагрузка «Мечела» сильно упадет и повысится его инвестиционная привлекательность. Но, с другой стороны, Игорь [Зюзин] же упертый и стратегически мыслит. Он тоже не относится к Эльге, как просто к месторождению. [Он], как и я, понимает, что там огромные запасы, которые нужно осваивать. Пока у него на это просто денег не хватает.

Тимофей Дзядко, Светлана Бурмистрова

По материалам: «РБК»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru