Главная / Общество / «Лечить некому»

«Лечить некому»

Почему в регионах сообщают о дефиците врачей

Власти сразу нескольких российских регионов на фоне роста заболеваемости коронавирусом заявили об остром дефиците врачей и медработников среднего звена. О кадровых проблемах в этой области говорили и до пандемии, однако сейчас уходить начали уже имеющиеся специалисты. Причина — растущие в условиях нехватки персонала нагрузки, сложности с получением положенных (в том числе за плановый прием) выплат. Еще один фактор — существенный рост заболеваемости среди врачей, предупреждают специалисты. Подробнее о том, с чем сегодня сталкиваются российские медработники, — в материале «Известий».

«Есть палаты, но лечить некому»

О катастрофической нехватке медиков в середине октября заявила министр здравоохранения Ростовской области Татьяна Быковская. Она объяснила это возросшей нагрузкой на поликлиники в условиях роста заболеваемости коронавирусом: скопление людей, по ее словам, привело к росту случаев заболеваний среди самих медработников.

«Сколько бы мы с вами не говорили: «Берегите себя, будьте дома, подождите, пока доктора придут к вам домой», люди идут на фильтр в поликлинике. А приход большого количества больных приводит только к еще большему разносу заболевания. Медицинские работники тоже болеют. У нас сегодня катастрофически не хватает специалистов», — отметила министр.

Почти одновременно о подобной ситуации сообщили в Липецкой области, где губернатор Игорь Артамонов из-за нехватки врачей принял решение на две недели приостановить оказание плановой медицинской помощи. Чиновник пояснил, что дефицит кадров связан в том числе с тем, что не менее четверти специалистов оказались на больничном.

больница вирус

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Кристина Кормилицына

В Амурской области тогда же сообщили, что с начала пандемии из системы здравоохранения ушли около 400 сотрудников. «Мы отмечаем отток кадров. Ушли у нас порядка 400 врачей за весь период пандемии, а трудоустроилось 200 человек. Считайте, один к двум мы потеряли специалистов», — отметила региональный министр здравоохранения Светлана Леонтьева.

Эти слова подтвердила заместитель председателя областного правительства Юлия Рябинина: «Проблемы с кадрами: есть палаты, но лечить там некому. Мы обратились в медакадемию, уже официально к нам устроились пять студентов старших курсов. Еще несколько человек сейчас проходят медосмотр. Надеемся, что напряжение снизится», — сказала она.

Основной причиной увольнения врачей стали тяжелые условия работы: по словам областного министра, люди уходили из-за больших нагрузок (вместо 20 пациентов в день, по ее словам, им приходилось принимать по 70–80 человек), часть уволились, из-за того что в силу возраста (им было больше 65 лет) попали в группу риска.

Во Владимирской области, где серьезный дефицит специалистов наблюдался и до этого, о рекордном оттоке врачей сообщили за несколько месяцев до этого. В пресс-службе департамента здравоохранения Владимирской области «Известиям» подтвердили, что по сравнению с началом года во II квартале 2020-го число врачей уменьшилось на 82 человека, среднего медицинского персонала — на 239 человек. К III кварталу число врачей удалось увеличить на 55 человек, среднего медперсонала — только на 18 человек. В основном — за счет выпускников медвузов и медицинских колледжей, а также привлечения специалистов в рамках профильных программ.

капельница больница

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Кристина Кормилицына

При этом недостаток врачей наблюдается в том числе в специализированных больницах, перепрофилированных под лечение коронавируса. Там, по данным пресс-службы, за семь месяцев 2020 года число врачей сократилось на 41 человека, а среднего медперсонала — на 17 человек. В прошлом году в тех же медучреждениях эти показатели за шесть месяцев составили, соответственно, 29 и 17 человек. Это «позволяет сделать вывод о влиянии распространения новой коронавирусной инфекции и повышенной возможности заболеваемости медицинских работников на их отток из отрасли, особенно среднего медицинского персонала», — говорится в ответе ведомства.

«Известия» также обратились за комментариями в другие региональные департаменты и министерства здравоохранения, упомянутые в тексте. На момент публикации материала ответ получен не был.

Эффект воронки

Сигналы о том, что медработники уходят, действительно поступают из разных регионов, отмечает Семен Гальперин, врач, президент межрегиональной общественной организации «Лига защиты врачей». В первую очередь уходят врачи пенсионного возраста, которых в российских медучреждениях было очень много, и это, по его словам, «обрушивает существующую систему здравоохранения». Массовые увольнения были зафиксированы еще в первую волну, напоминает глава «Лиги защиты врачей».

— После выхода постановлений (о коронавирусных надбавках) многие региональные чиновники начали придумывать, как их обойти. Например, переводили людей на почасовый режим оплаты. И мы предупреждали, что, если к новому подъему заболеваемости эти проблемы не будут решены — людей продолжат обманывать, не обеспечат нормальных графиков работы, — начнутся увольнения. Потому что, конечно, можно в какой-то момент поработать внеурочно, но невозможно делать это постоянно, — отмечает он.

отдел кадров

Фото: РИА Новости/Михаил Мордасов

Дефицит кадров в России был и до начала пандемии, обращает внимание сопредседатель межрегионального профсоюза медицинских работников «Действие» Андрей Коновал. Так, по его словам, реальное количество бригад скорой помощи было в полтора-два раза ниже утвержденного по нормативам и даже имеющиеся бригады не были укомплектованы. Похожая ситуация складывается также в стационарах и поликлиниках.

— Это означает, например, что если один человек сейчас заболевает или уходит, то организация лишается сразу двоих — потому что ушедший сотрудник работал за себя и за того парня, — отмечает он.

Еще в феврале 2020 года на системную нехватку медработников указывали аудиторы Счетной палаты. По итогам проведенной проверки (речь шла о ситуации на конец 2018 года) там отметили, что серьезный дефицит кадров «сказывается на доступности и качестве медпомощи». Сложнее всего ситуация обстояла в Курганской области (24,2 на 10 тыс. населения), Чечне (26,8), Псковской области (27,1), Владимирской (27,7), Еврейской автономной (27,8) и Тульской областях (28,9).

В результате возникает эффект воронки, обращает внимание Андрей Коновал. Из-за большой нагрузки, особенно на фоне пандемии, люди заболевают или уходят, а те, кто остается, сталкиваются с еще большими объемами работы и тоже рано или поздно могут принять решение об увольнении.

Один за десять человек

При этом врачи и медработники среднего звена по-прежнему сталкиваются со сложностями при получении положенных «коронавирусных» надбавок, которые предусмотрены постановлениями правительства № 412 и № 484, принятыми в апреле и мае 2020-го, указывают собеседники издания.

Так, согласно действующей концепции, существенная часть нагрузки должна лечь на амбулаторное звено. Но сотрудникам поликлиник вторая, более существенная надбавка (предусмотренная постановлением №484), не положена даже в случае, если они работают с подтвержденными случаями коронавируса.

Не могут получить надбавки также сотрудники выездных бригад, работающие не с подтвержденными случаями заболевания, а приезжающие на вызовы, связанные с подозрением на коронавирус, — например, к пациентам с пневмонией, — и медики из неспециализированных стационаров, в случае если они работали с пациентами, заболевшими коронавирусом.

Кроме того, в некоторых случаях врачи и медсестры, ведущие плановый прием, столкнулись с сокращением положенных им стимулирующих выплат и доплат на фоне роста среднего уровня зарплат за счет доходов тех, кто работает в «красных зонах». «Если медучреждение прекращает плановый прием, оно не получает часть дохода. Соответственно, людям не выплачиваются надбавки, которые обычно им положены, — а это нередко больше, чем сама зарплата», — объясняет Андрей Коновал.

больница врачи

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Кристина Кормилицына

Дополнительным фактором, по его словам, становится нежелание или отсутствие возможности работать в «красной зоне». Так, некоторые медработники сталкиваются с необходимостью уйти или взять оплачиваемые отпуска, в случае если не могут перейти в «красную зону», как того требует начальство: например, если не с кем оставить детей для перехода на вахтовый метод работы, из боязни заразить близких или в силу возраста и наличия хронических заболеваний.

Однако намного более серьезной причиной дефицита кадров он тем не менее считает рост заболеваемости коронавирусом среди медиков, обозначившийся этой осенью: «Весной ухудшение началось в конце апреля-мае, а к июню уже стало легче. Сейчас развитие идет уже около месяца. Мы, например, сейчас проводим съезд в Москве, и многие делегаты просто не могут к нам приехать, потому что или сами находятся на больничном с коронавирусом, или работают в одиночку за 10 человек — потому что их коллеги заболели».

Системная ошибка

При этом сейчас врачи чаще стали сталкиваться с неуважением и негативным отношением со стороны пациентов, полагает депутат, член комитета Госдумы по здравоохранению Александр Петров, который сейчас общается с медиками в Свердловской области. По его словам, с начала пандемии изменилось отношение пациентов «и врачи это замечают».

— Если раньше о них говорили как о героях, их благодарили, то теперь, как я понимаю со слов врачей, люди часто оказываются недовольны долгим ожиданием в очереди, высказывают это на приеме. Кроме того, многие пациенты теперь обсуждают друг с другом методы лечения, рассказывают это врачам, пытаются спорить с ними. Такой негатив, особенно в условиях огромной нагрузки, воспринимается болезненно, финансовый вопрос здесь как раз второстепенный, — убежден он.

больница очередь врачи

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Кристина Кормилицына

Основную ответственность за отток врачей несут региональные власти, уверен Семен Гальперин: «В данном случае главная вина лежит на региональных чиновниках, которые саботируют выплату надбавок и не в состоянии обеспечить людям нормальные условия труда».

Отсутствие грамотного администрирования, в том числе непродуманная маршрутизация, проблемы со снабжением медперсонала СИЗами в том числе, влияют на рост заболеваемости среди медиков, солидарен Андрей Коновал. Однако основная причина, по его мнению, — серьезное недофинансирование российской медицины и связанный с этим дефицит кадров, усугубившийся в период пандемии.

Пандемия выявила существовавшие до этого проблемы, связанные во многом с оптимизацией системы здравоохранения, считает Семен Гальперин. Это, например, нехватка специалистов и медучреждений, а также отсутствие грамотных администраторов, способных в сложных условиях оптимизировать процесс работы и выстроить его таким образом, чтобы минимизировать все риски для врачей. «У нас будет это не раз повторяться, закончится эпидемия, начнется что-то еще. Но сейчас у нас есть возможность решить эту проблему. В частности, государство должно жестко поставить вопрос о том, что чиновники обязаны выполнять постановления правительство и тех, кто с этим не справляется, необходимо просто отстранять. Люди, медработники, должны видеть, что государство стоит на их стороне», — заключает он.

В федеральном Министерстве здравоохранения к моменту публикации материала не ответили на запрос издания о том, насколько серьезна проблема дефицита кадров, с которой сейчас сталкиваются в регионах, связана ли она с заболеваемостью медработников или их увольнениями, а также о том, какие меры планируется принять для ликвидации кадрового дефицита.

Евгения Приемская

По материалам: «Известия»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru