Главная / СЛАЙДЕР / Парадокс регулирования

Парадокс регулирования

Почему регионам может не хватить продуктов

Российская экономика в целом восстановилась после пандемии, но вирус продолжает наносить неожиданные удары по бизнесу и населению. Так, сегодня в некоторых регионах внезапно встал вопрос: хватит ли россиянам в ближайшем будущем самых необходимых продуктов питания? Розничные магазины закрываются из-за кризиса и локдаунов, а открывать новые на их месте фактически запрещает закон. Это регуляторный парадокс и спровоцировала его пандемия. Но обо всем по порядку.

7 регионов: ни магазинов, ни продуктов

Осенью 2021 года, спустя почти полтора года после начала коронакризиса, Институт развития предпринимательства и экономики провел исследование о состоянии российского рынка торговли продуктами. Выяснилось, что в отдельных районах семи регионов страны возникла проблема с доступностью магазинов. Речь идет о поселениях Липецкой, Калужской, Рязанской, Тульской, Владимирской, Тверской и Ленинградской областей. От 15 до 31% магазинов здесь просто закрылись: это и частные точки и магазины торговых сетей. Казалось бы, рынок должен самостоятельно сбалансироваться, а вместо ушедших бизнесов — прийти новые игроки. Но этого так и не случилось.

Проблема в законодательстве. Оказалось, что после ухода конкурентов доля рынка торговых сетей выросла до 25% или стала близка к ней (имеется в виду – каждой сетевой компании). А при достижении этого предела закон «О торговле» просто запрещает сетевикам арендовать новые площади. При этом несетевой бизнес боится выходить на рынок, очевидно, из-за высокой неопределенности. Эпидемия пока не отступила: одна волна сменяет другую, и люди то и дело предпочитают оставаться дома, что давит на потребление в офлайне. Инфляция в 2021 году превысила все прогнозы, так что население вынуждено экономить на продуктах – то есть опять же снижать потребление.

В зоне риска оказались еще 32 региона, в том числе Московская, Мурманская, Кемеровская, Омская, Самарская области и другие. Общая доля торговых сетей здесь уже превышает 40-50%, так что закрытие отдельных магазинов быстро увеличит доли каждой из сетей до предельных 25%. И здесь, как и в вышеуказанных семи регионах, также может возникнуть «дефицит магазинов».

Не исключено, что ситуация продолжит ухудшаться, и из-за высокой инфляции и временного провала в потреблении с рынка будут уходить все новые игроки. ЦБ уже принял меры по борьбе с ростом цен, но заметные результаты будут только в следующем году.

В результате сокращение торговых точек может сильно ударить по потребителю: неизвестно, смогут ли оставшиеся игроки покрыть дополнительный спрос, в том числе торговые сети, которые не смогут увеличить площади. Не ясно, как поведет себя рынок после снижения инфляции и окончания кризиса: оправятся ли малый и средний бизнес от удара и смогут ли подхватить новый спрос? А если нет, не приведет ли отсутствие предложения к очередному росту цен?

Эта и без того тревожная ситуация усугубляется еще одной проблемой. На фоне государственного ограничения цен несетевые магазины попадают в своеобразные ножницы: себестоимость товаров растет, а цена продажи при этом ограничена. Бизнес не выдерживает и просто убирает товар с полок, чтобы не торговать в убыток. В Ленинградской области, например, с прилавков исчезли сахар и подсолнечное масло. Особенно остро эта проблема стоит в сельской местности, где нет сетевых магазинов. Локальный дефицит даже в одном магазине в таких поселениях может вызвать ажиотаж среди населения, которое бросится скупать продукты там, где они еще есть. А это в свою очередь снова чревато дефицитом и ростом цен – круг замкнулся!

Как ограничение доли торговых сетей потеряло смысл

Чтобы понять, как мы пришли к этой сложной ситуации, нужно вернуться на десять лет назад. В 2010 году российский продуктовый бизнес стал жить по новому, более жесткому закону «О торговле». Государство установило для торговых сетей размер максимально допустимой доли на рынке в 25% — вместо действовавших до того 35%. «Рынком» стали считаться город федерального значения, городской округ или муниципальный район. Были также запрещены сборы с поставщиков продуктов за «вход» в торговую сеть, а другие платежи ограничены.

Государство преследовало две цели. Во-первых, обеспечить здоровую конкуренцию на рынке, а значит не допустить роста цен. Во-вторых, защитить региональных производителей продуктов, которые порой сталкивались с диктатом крупных заказчиков (мелкие производители иногда не могли попасть в сети из-за невозможности обеспечить стабильные и крупные поставки).

Сегодня мы видим, что логика как минимум первой цели – то есть снижения цен – устарела и больше не работает. Это следует из ценового анализа, который эксперты Института развития предпринимательства и экономики провели в указанных выше регионах и «зоны риска». Они сравнили цены в торговых сетях и средние на рынке. Оказалось, что в сетях цены ниже. Причем разница в стоимости хлеба, молока и подсолнечного масла могла достигать более 100%.

Владимир Песня/РИА «Новости»

Затем эксперты сравнили цены на продукты первой необходимости более, чем в 100 розничных магазинах крупнейших торговых сетей. Это цены на картофель, хлеб, яйца, кур, капусту, сахар, молоко и масло. Оказалось, что примерно треть товаров доминирующая сеть продает дешевле, чем конкуренты, еще 55% товаров – по среднерыночным ценам и только 15% товаров — дороже рынка.

Институт проанализировал связь между расширением торговых сетей и темпами инфляции. Оказалось, что в основном корреляция обратная: чем выше доля торговых сетей в регионе, тем ниже темпы инфляции. Например, в Калужской области темпы инфляции в 2020 г. по сравнению с 2016 г. уменьшились на 1,6%, при этом доля торговых сетей увеличилась на 39%, в Ленинградской область показатели изменились на 1,26% и 13,65% соответственно.

Таким образом, сети снижают цены не потому, что государство искусственно стимулирует конкуренцию. Бизнес борется за потребителя, реальные доходы которого в последние пять лет снижались. Как мы уже говорили, пандемия и рост инфляции только усугубили ситуацию. Сегодня, по данным ЮНИСЕФ, почти 9 млн россиян экономят на еде.

В борьбе за потребителя сети продают отдельные товары с минимальной и даже с отрицательной наценкой. X5 Group (бренды «Пятерочка», «Перекресток», «Карусель» и тд) обнуляла наценку на социально значимые товары во время пандемии. Итог: индекс потребительских цен в «Пятерочке» стабильно ниже индекса продовольственной корзины Росстата. «Магнит» отказался от наценки на отдельные социальные товары на один год (в результате договоренностей с ФАС во время покупки сети «Дикси»).

Сети пошли еще дальше, и теперь наращивают сеть жестких дискаунтеров. X5 Group запустила дискаунтер «Чижик», Магнит – магазины «Моя цена», в стране стремительно растет сеть жестких дисканутеров «Светофор».

В отличие от магазинов малого и среднего бизнеса сети могут позволить себе такой демпинг: на них работает эффект масштаба и развитие собственных торговых марок. Это общемировое правило: открытие новых точек WallMart в США привело к снижению цен на отдельные товары на 10%, а в среднем по рынку на 1-1,2% (тут лучше добавить, когда и сколько магазинов открылось, в исследовании нет данных).

Очевидно, что пока покупатель будет голосовать исключительно рублем, ситуация для несетевого малого и среднего бизнеса будет ухудшаться, а доля сетей – неизменно расти.

Главный шаг со стороны государства

Что же делать в этой ситуации? Государство, как сумело, защитило потребителя от роста цен, но как теперь обеспечить его доступными магазинами и продуктами первой необходимости? Как уберечь его от дефицита? И как сохранить конкуренцию на рынке?

Здесь есть несколько вариантов. Во-первых, государство может пойти на точечное изменение законодательства. Крупные ритейлеры давно предупреждали, что ограничения в 25% нужно ослабить до 35% хотя бы для небольших населенных пунктов, где проживает 100 тыс. человек и менее. Вести бизнес в маленьком городе или деревне может быть совсем невыгодно, и тогда торговая сеть может стать единственным спасением для жителей. Только сетевой бизнес может позволить себе открыть новый магазин с невысокими ценами. Для сельских районов, где ситуация уже стала острой или близка к таковой, можно сделать исключения из законодательства.

Другой вариант: искусственно уравнять в издержках торговые сети и малый несетевой бизнес. Для этого государству придется поддержать слабое звено, например, предоставить льготные кредиты, налоговые и регуляторные каникулы и т.д. В этом случае малый бизнес, как и сети, сможет удерживать невысокие цены, а значит и покупателей. Но быстро исправить ситуацию не получится, и стимулы для малого и среднего бизнеса – это скорее про долгосрочные меры стабилизации рынка.

Наконец, государство может сделать еще один, возможно, самый важный шаг для поддержки всей отрасли. А именно — сфокусироваться на ускорении темпов роста экономики страны и благосостояния граждан в целом. В этом случае велика вероятность, что россияне как-то сами собой начнут ходить в более дорогие, но приятные несетевые магазины и покупать там не макароны с нулевой наценкой, а качественные фермерские помидоры. Малый и средний бизнес воспрянет, и дискаунтеры потихоньку уступят ему долю рынка. И никакое регулирование не понадобится.

Наталья Назарова

По материалам: «Газета.ру»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru