Завтра 40-летие аварии на Чернобыльской АЭС. Эта катастрофа, которая изменила страну и мир, почему-то случилась именно на второй год перестройки в конце апреля 1986 года, хотя трагические события могли произойти и пятилеткой раньше, и трехлетием позже. Держава в ту пору уже и без того начинала испытывать серьезное внутреннее перенапряжение, и эта авария усилила давление и придала ускорение заданным процессам.
Спустя два года после взрыва на ЧаЭС было принято решение о сворачивании СВО в Афганистане и начался постепенный, хотя и довольно быстрый вывод войск с территории этого государства. Пошло-поехало и на других направлениях, страна принялась неузнаваемо меняться, пока наконец не был поставлен ребром вопрос о сохранении Союза, который потом все равно распался, невзирая на результат референдума.
Таким образом, Чернобыль стал триггером тех изменений, которые потрясли державу, привели к переменам и в конце концов вывели ее на нынешний путь и на сегодняшнюю позицию. Возможно, не будь тогда Чернобыля, — и ситуация развивалась бы как-то совсем иначе, и перестройка покатилась бы другим, более деликатным маршрутом, без скатывания к радикальным вариантам. Однако история не знает сослагательного наклонения, и потому уже не дано узнать, как бы оно могло быть, и какая бы власть была сегодня, и кто бы тогда правил, и как сложились бы нынче отношения с Западом и соседями. Чернобыль 40 лет назад рванул, и исходить следует из того, что иначе уже было нельзя, и это было предрешено, и потому сегодня нам всем приходится расхлебывать то, что разлито, в общую бадью.
Дмитрий Севрюков.
Фото: pixabay
