Президент Союза архитекторов России и Союза московских архитекторов Николай Шумаков – навстречу 160-летнему юбилею Московского архитектурного общества
Интервью от первого лица: Николай Иванович Шумаков — народный архитектор РФ, академик Российской академии архитектуры и строительных наук, академик Российской академии художеств, член Общественного совета при Минстрое России, профессор МАРХИ. Единственный российский архитектор, удостоенный престижной международной премии Огюста Перре – за выдающийся вклад в применение современных технологий в архитектуре (Живописный мост в Москве, терминал «А» аэропорта «Внуково», проекты станций московского метро).
Основные награды: Орден Дружбы (1996 г.), Медаль «В память 850-летия Москвы» (1997 г.), Орден «Офицер», Бельгия (2005 г.), Орден «Командор», Бельгия (2006 г.), Премия города Москвы в области литературы и искусства (2009, 2012 г.), Орден «За заслуги в культуре и искусстве» (2025 г.).
– Николай Иванович, в будущем году исполняется 160 лет Московскому архитектурному обществу. Что предшествовало его созданию?
– Весной 1867 года Михаил Доримедонтович Быковский (1801–1885), к тому времени уже знаменитый московский архитектор, академик, собрал своих единомышленников и предложил обратить внимание на традиции русской архитектуры – в противовес уже приевшемуся ампиру, который сформировал Москву после пожара 1812 года.
Когда Осип Бове с соратниками восстанавливал Москву и задавал тон преобразованию разорённой Отечественной войной 1812 года страны, ампир был достойным ответом на ситуацию в России. В некотором роде это был стиль победы, триумфа. Тогда в Российской империи возобладала национальная гордость. Русские аристократы заговорили на родном языке, вспомнили собственную историю. И ампир тоже «исполнил» свою роль в архитектуре в период восстановления России и Москвы: зодческим стилем подчеркнул нашу победу над Наполеоном.
Но уже после Отечественной войны 1812 года совершенно естественно усилился интерес к национальным традициям в архитектуре. Ампир, кстати, ещё триумфально вернётся в Россию после победы в Великой Отечественной войне. И назовут его «сталинский ампир».
Архитектура – это ведь не про моду. Мода изменчива, меняется быстро, как влюблённость. А архитектура – это фундаментально, это про любовь, которая проверяется временем. Вот так и потребность в отечественном стиле архитектуры появилась не сразу после национального подъёма в начале XIX века, а сформировалась за несколько десятилетий. Да и восстановление Москвы было делом долгим. Так что предложенное Быковским и его соратниками решение – обратиться к национальным традициям в архитектуре – было, что называется, выстраданным.
– Весной 1867 года Быковский с соратниками приняли решение о создании архитектурного общества. Одной из задач объединения было стремление сформировать архитектурный стиль, ориентированный на национальные традиции России. Осенью 2027 года будет 160 лет, как император Александр II утвердил Устав Московского архитектурного общества. Когда праздновать будем? Весной или осенью?
– Будем отмечать весь год 160-летие создания МАО. И обязательно поблагодарим за это его основателей. Вы видите – в моём рабочем кабинете висит старинный портрет Михаила Быковского кисти Михаила Ивановича Скотти. Потомки Быковского передали его Союзу архитекторов России. Помним, любим, чтим. Невзирая на то, что нас разделяют полтора века истории, многие взгляды членов МАО, цели и задачи у нас схожи. В Уставе МАО, как и в Уставе современного Союза архитекторов, главным остаётся содействие развитию архитектуры. Вот это основное, что должно быть заложено в любом архитектурном обществе на века: любовь к архитекторам и к архитектуре.
– Год учреждения МАО — 1867-й. Но Союз архитекторов России ведёт свою историю от 1932 года, когда после постановления ЦК ВКП (б) был создан Союз советских архитекторов. При этом очевидна профессиональная преемственность между МАО и современным Союзом. Почему точкой отсчёта всё же считается 1932 год, а не 1867-й?
– Смотрите: как расшифровывается МАО? Московское архитектурное общество. МАО объединяло только москвичей, а Союз Советских архитекторов – весь Советский Союз. Но 1867 год важен как первый опыт профессионального архитектурного объединения в Москве. Съезды, выставки, конкурсы, изучение архитектуры – это всё оттуда.
МАО сделало преподавание и изучение национальной русской архитектуры предметом профессиональной исследовательской работы. Следом за МАО было создано Петербургское общество архитекторов, затем подобные творческие объединения стали появляться в других русских городах. Однако точкой отсчёта считается 1932 год, когда была создана институциональная основа современной организации — Союза советских архитекторов, правопреемником которой стал Союз архитекторов России. Поэтому именно 1932 год — фактическое начало деятельности единого национального общественного объединения архитекторов.
Преемственность между Московским архитектурным обществом и современным Союзом архитекторов очевидна. МАО – это исток, неотъемлемая и важнейшая часть нашей истории.
В России и сегодня остаются актуальными базовые принципы МАО: объединение достойных, профессиональная солидарность, открытое обсуждение архитектурных идей, уважение к историческому наследию и понимание архитектуры как общественного служения. Архитектор ведь работает не только с формой здания, но и с городской средой, с культурной памятью, отвечает за качество жизни людей. Так что 160-летний юбилей МАО – праздник для всей российской архитектуры.
– Вы – известный, титулованный архитектор, более 50 лет проектируете объекты повышенной технической сложности, за что удостоены международной премии Огюста Перре. Сочетаются ли современные технологии с традиционными, национальными формами архитектуры?
– Отлично сочетаются. Основатель МАО Михаил Быковский прекрасно пользовался новыми строительными материалами и технологиями, которые могло предложить его время, и возводил здания в стиле традиций русской архитектуры.
Можно вспомнить и архитектора Ивана Павловича Петрова (1845–1908), основателя так называемого ропетовского стиля, который ещё называют псевдорусским или неорусским. Петров был большим оригиналом, отчего ещё в молодом возрасте изменил свою простую фамилию на псевдоним Ропет. Будучи студентом Академии художеств, увлекался русской историей, фольклором, что и стало основой его архитектурных пристрастий.
Посмотрите его работы: это же наши русские терема, возведённые из материалов и по технологиям промышленной революции конца XIX–начала XX веков! В своих постройкахархитектор активно использовал резьбу по дереву, в которой читались мотивы народных узоров и вышивок.
Кстати, в дальнейшем ропетовский стиль появился и в каменном зодчестве: его детали можно обнаружить в проектах многих промышленных зданий более позднего времени. А его русские терема, которые демонстрировались на международных выставках в конце XIX века в Париже, Копенгагене, Чикаго, – это же просто гимн национальному зодчеству.
И сегодня идентичность в архитектуре – это самый действенный способ быть современным, оригинальным, но при этом приверженным своей истории и культуре. Вот почему архитектура – это про любовь! Человек строил не только утилитарные здания. Он осваивал данную ему среду с любовью, вниманием, талантом. Иначе вся история архитектуры сводилась бы к совершенствованию строительных материалов и расчётам прочности.
Архитектура – это освоение пространства теми способами, которые у тебя есть. А современные технологии – это технологии того времени, в котором жил архитектор. В Древней Руси наиболее доступным материалом было дерево. И его использовали со всей любовью, мастерством и старанием.
— Среди целей МАО, заложенных ещё Михаилом Быковским, было изучение древнерусской архитектуры, исследование и реставрация древних памятников отечественной архитектуры. Сегодня мы наблюдаем явление, которое можно назвать массовым. Сотни человек добровольно едут на Русский Север восстанавливать дома и храмы, памятники древнерусского зодчества. Это тоже – про любовь?
– Конечно! Они же добровольно едут, по зову сердца! Безусловно, это про любовь! Прежде всего, про любовь к Родине. Русский Север – это живое воплощение русского мира. Там сохранилось больше всего деревянных храмов и домов, ещё живы традиции и ремёсла, которые нужно поддерживать. Но эта тема столь масштабна, что заслуживает отдельного разговора. Давайте к ней вернёмся отдельно.
– Спасибо, Николай Иванович!
Беседовали: Алла Бурцева, Павел Уразов
Фото Александр Тукмаков (РОСМИПРЕСС)
