Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Вторник, 24 01 2017
Home / Общество / Матвиенко осталась в одиночестве

Матвиенко осталась в одиночестве

Уголовная реформа разделила политиков на два лагеря

matv

В понедельник в Совете Федерации прошли слушания на тему: «Совершенствование законодательства в сфере уголовно-правовой политики».

Первое, что было заявлено на слушаниях – никакой уголовно-правовой политики у нас в стране нет. То есть УК есть, какое-никакое право есть, уголовники тоже имеются. А вот политика – отсутствует.

И нам ее надо срочно разработать, иначе как без политики? Жили мы без политики, и не известно, что творили – то ужесточали законодательство, то, наоборот, смягчали. Пора бы уже определиться.

Председатель Совета Федерации Валентина Ивановна Матвиенко выступила за дальнейшее смягчение и либерализацию уголовно-исполнительной системы. По ее мнению, сажать человека в клетку в зале суда – это унижение человеческого достоинства.

Она также заявила о том, что неплохо было выстроить правовую систему таким образом, чтобы следователь, намеренно заводящий дела против невинных людей, получал за это реальный срок.

Однако большинство выступавших Валентину Ивановну не поддержали, и выступили не за либерализацию, а, наоборот, за ужесточение уголовно-правовой системы.

Так, депутат Госдум Ирина Яровая заявила, что следователя, напротив, надо оградить от любой возможности подобного рода уголовного преследования – иначе следователи просто испугаются и перестанут нормально работать.

Или, например, по мнению Валентины Матвиенко, пора уходить от практики заключать человека до суда под стражу:

— Стоит подумать о более широком использовании иных возможностей действующего УПК, таких, как личное поручительство, залог, домашний арест. Люди по девять месяцев сидят, и их за это время три раза допросят, — предположила Матвиенко, прозрачно намекая, что пусть они эти девять месяцев сидят лучше под домашним арестом.

Но представители следственных органов поняли намек своеобразно, и обещали сделать допросы более интенсивными:

— Да, Валентина Ивановна. Недостаточно усердия.

А генеральный прокурор РФ Юрий Чайка предложил активнее применять такую меру, как конфискация имущества – сейчас имущество конфисковывают всего у 0,2% осужденных. Это, по мнению Чайки, очень мало. В советские времена было намного больше.

Депутат Владимир Плигин поддержал свою коллегу Яровую – по его словам, «у нас огромное количество потерпевших, и их тоже надо защищать».

По мнению значительной части участников заседания, гуманизация и так уже дошла в России до абсурда – согласно ФЗ №26 от 7 марта 2011 года, минимальный срок лишения свободы за умышленное нанесение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего, составляет всего лишь два года.
— Это девальвирует право на жизнь, — заявил депутат Плигин.

Он также раскритиковал предложение Валентины Матвиенко разрешить подсудимым во время заседания сидеть не в клетке, а в зале суда со своими адвокатами:

— В настоящее время уровень распространенности оружия настолько высок, что нам необходимо защитить участников процесса.

Замминистра МВД Игорь Зубов отметил, что уголовно-правовая политика в стране все-таки есть, но «она очень противоречива»:

— С одной стороны идет гуманизация, с другой – нарастание мер по другим преступлениям.

Причем не надо ходить к гадалке, чтобы понять — преступления против существующего строя станут караться всё жестче и жестче. А вот преступников, совершающих преступления не против государства, а против граждан, будут, возможно, «гуманизировать».

Яркий тому пример – законы по борьбе с терроризмом, которые сыплются из Госдумы, как из ведра. Один из новых законов, к примеру, предлагает конфисковывать имущество у тех людей, которые террористу дороги.

То есть, представьте себе, сидит Маня в Ивановской области около окошка, на звезды любуется. Тут вдруг приходят Чайка с Бастрыкиным и бац! Домик у Мани конфисковывают в пользу государства.

— Как так? – не понимает Маня.
— А помнишь, Маня, как ты с Мухаммедом вступила в неразборчивую связь? – говорят Чайка с Бастрыкиным. — Так вот арестовали мы твоего Мухаммеда, он оказался террористом, и сказал, между прочим, что ты ему дорога…

Фенита ля комедия. А на слушаниях зав. кафедрой уголовного права и криминологии юрфака МГУ Владимир Комиссаров вспомнил о двух статьях, касающихся терроризма, подписанных 2 ноября этого года:

— В законе скрестили непонятно кого неизвестно с кем. Превратили террористическую организацию в организованную группу. Любой бакалавр понимает, что это чушь! И как теперь мне, профессору, объяснять эти законы студентам?

Впрочем, объяснять скоро ничего не придется. Владимир Комиссаров напомнил, что в юридических вузах «ушли от специалитета, перешли на бакалавриат» — в итоге даже криминология изъята из учебного плана будущих юристов. Узкоспециально прослушать данный курс смогут всего 20 человек из 500:

— Мы получим неграмотных следователей и неграмотных прокуроров, — предупредил Комиссаров.

А может, оно и к лучшему? Ведь к неграмотным законам и следователи с прокурорами должны прилагаться неграмотные. Так им будет легче скрещивать на суде осла с козлом.

Алла ВАСИЛЬЕВА

Рейтинг@Mail.ru