Home / Экономика / «Загадка» с девятью нулями…

«Загадка» с девятью нулями…

Бюрократический детектив, который наводит на криминальные размышления.

467

Насколько мы обеспечены вакцинами и иммуномодуляторами, чтобы бороться с такой промозглой зимой, как нынешняя? Получить ответ на этот простой житейский вопрос вызвалась обозреватель «НВ» Людмила СЕМИНА и столкнулась с неожиданным «открытием». Ниже следует отчет о ее расследовании.

Миллиарды против вирусов

Казалось, задача у меня была совсем нетрудная: везде пресс-службы, действует закон о СМИ, защищающий права на получение открытой информации, есть Интернет с официальными сайтами. Если бы я только знала, за что берусь…

Начать решила с Интернета. Влезла по уши в ссылки про вакцины и вакцинацию населения от социально опасных болезней. Много интересного и даже страшного узнала, познакомилась с фирмами-производителями суррогатных лекарств, среди которых немало оказалось и европейских, авторитету которых мы привыкли доверять. На этом фоне искреннее одобрение вызывало намерение нашего правительства опереться в профилактике заболеваний на отечественные — уникальные и конкурентоспособные — разработки.

Лидером тут, несомненно, являлся академический (до недавнего времени) институт с мировым именем — НИИ эпидемиологии и микробиологии имени почетного академика Н.Ф. Гамалеи (НИИЭМ). Там и сям находила ссылки на разные бюджетные программы и проекты, которые предусматривали расширение производства собственных вакцин на базе этого института. Так, на сайте информационной системы «Карта российской науки» за 2009 год было перечислено 13 таких программ, выполняющихся им одновременно, — от международных и федеральных до Госсанэпиднадзора и правительства Москвы. Как минимум полтора десятка каналов финансирования, множество грантов. Институт, судя по встречавшимся документам, все больше превращался из лабораторно-исследовательского заведения в научно-прикладное производство, приобретал европеизированный вид. В 2003 году, например, старейший в стране заводик по производству бактерийных препаратов приказом Минздрава преобразуется в филиал НИИЭМ «Медгамал» и сообщает теперь на своем сайте, что, проводя модернизацию, готов противостоять вызовам времени — «ужесточению требований к качеству производимых лекарственных средств, активному проникновению зарубежных средств в фармрынок и экспансии западных фармацевтических гигантов».

Филиал попадает отдельной строкой в программу бюджетного финансирования. Интернет выдает сначала Постановление Правительства РФ от 13 ноября 2001 года № 790, в соответствии с которым НИИЭМ выделяется «на 2002–2006 годы на строительство здания для организации производства вакцин БЦЖ …5,2 млн рублей». Затем на экране открывается перечень объектов, финансируемых из бюджета в рамках федеральной целевой программы «Предупреждение и борьба с социально значимыми заболеваниями (2007–2012 годы)», где записано, что «на реконструкцию корпуса № 10 со строительством пристройки под производство вакцин БЦЖ и БЦЖ-М выделяется сумма (млн рублей, в ценах соответствующих лет) 2220,7646 и на строительство корпуса под производство диагностикумов… с пристройкой производственно-лабораторного корпуса …еще 40,25». Итого — 5 миллионов да 2 миллиарда 261 миллион рублей в докризисных ценах. Так что вакцинами, судя по всему, мы должны быть обеспечены более чем…

Вооружившись знаниями и почтением к нашему выдающемуся институту, звоню туда, чтобы задать невинный в общем-то вопрос: какова ситуация с вакцинами сейчас, удалось ли после ввода новых мощностей поднять их производство до необходимого стране уровня? И вот тут начинается уже настоящий детектив…

В режиме секретности

Выяснилось, что институт носит статус режимного объекта. Кто-то ссылался на некомпетентность, кто-то на непрофильность, занятость, пока, наконец, не последовал совет прислать вопросы в письменном виде. Вновь пришлось заходить в «паутину».

Теперь мои запросы касались конкретного объекта: хотела найти подтверждение, что новые корпуса построены, производство вакцин увеличилось согласно планам, запущены на конвейер какие-то новые препараты, помогающие справиться с осенне-зимними простудами. В Яндексе нашелся рассказ о том, что выпускалось институтом в 60-е, 70-е и 90-е годы. Попалась большая статья о реконструкции «Медгамала», о тех новинках, которые планировалось там выпускать (инновационное высокотехнологическое производство вакцин БЦЖ и БЦЖ-М, линейки инновационных остеопластических материалов и др.). Сообщалось, что 10-й корпус с пристройкой под производство вакцин вводится в эксплуатацию осенью 2013 года.

Правда, чуть раньше в открытом отчете ФАИП (Федеральной адресной инвестиционной программы) прочла о полном расходовании выделенных на это строительство средств уже в 2012 году. Так построили или нет, ввели в эксплуатацию или нет?

И второй вопрос тут смущает: кто тот главный распорядитель бюджетных средств, на данные которого ссылается отчет? В целевой программе таковым определен Минздрав РФ. Но, как отмечала в свое время, например, Счетная палата в акте проверки исполнения еще предыдущей аналогичной и, к сожалению, проваленной Минздравом целевой программы 2002–04 г.г., Минздрав нередко свою функцию госзаказчика по проведению конкурсных торгов перекладывает на заказчика-застройщика, который и находит сам себе исполнителя. Выходит, это НИИЭМ как фактический распорядитель средств утверждает, что финансирование полностью получено и освоено уже в 2012 году. Значит стройка все же завершена. Или все-таки ввод перенесен на осень 2013-го?

Новая серия бесполезных звонков в институт. Нет, глухая оборона. Вспоминаю, что осенью в СМИ гудел скандал с неправильно проведенной вакцинацией детей на Дальнем Востоке. Может, из-за этого опасаются контактировать с прессой? Пресс-служба института могла бы в таком случае, как и положено, взять часть ответственности на себя, распространить пресс-релизы с ответами на часто задаваемые вопросы. Но телефона пресс-службы на сайте НИИЭМ обнаружить тоже не удалось.

Решила поехать в институт и своими глазами посмотреть на эту цитадель в режиме секретности. Потопталась у бюро пропусков, заглянула сквозь ворота на чудесный парк. Дождалась выходящего мужчину, по виду из технического персонала. Тот добродушно показал, в какой стороне вырос новый корпус, подтвердил, что там итальянцы ведут сейчас монтаж оборудования, что днюет и ночует там генподрядчик из «Юнион-строя», а курирует стройку со стороны института зам. директора по административно-хозяйственной части Татьяна Владимировна Домогарова. К сожалению, ее телефон, указанный на сайте института, ни разу не ответил.

Попыталась зайти с другого конца: со стороны проверяющих. То есть, обратилась в высокие контролирующие инстанции.

Проверьте фильтры доступа

Контроль за осуществлением бюджетного финансирования возлагался на Росфиннадзор РФ, куда я и отправила по факсу свой журналистский запрос. Отправленное письмо пришлось спустя полмесяца разыскивать в РФН по телефонным звонкам: приемная — общий отдел — отдел финансового контроля социальной сферы – инспектор – начальник — другой начальник — исполнитель… Меня уверяли, что ответ мне отправлен, а то, что он не пришел, — «такого быть не может». Как правильно разговаривать с чиновниками, когда они устраивают «непонятку» и «секретку» (термины из их лексикона), знаю по советским еще временам. Правда, тогда порядка в бюрократическом хозяйстве и уважения к прессе было побольше, ответ из ведомства в СМИ был обязательным, публиковался и комментировался в газете. Теперь же, как выяснилось, запрос мой отправили в Минздрав «в соответствии с компетенцией», а меня в адресаты для получения ответа почему-то не внесли. Дело закончилось извинением и разъяснениями, что РФН контролирует непосредственно министерства, а локальные объекты проверяют территориальные управления. Отчеты о произведенных проверках вывешиваются на официальных сайтах.

Обрадовавшись, что путь к нужной информации открыт, захожу сначала на сайт самого Росфиннадзора и получаю в ответ пустое окно с табличкой: «Вы не можете посетить текущую страницу по причине: …4. у вас нет права доступа на эту страницу; 5. запрашиваемый ресурс не найден; 6. в процессе обработки вашего запроса произошла ошибка». Перехожу на сайт Территориального управления Федеральной службы финансово-бюджетного надзора в городе Москве в раздел «Доклады, отчеты, обзоры, статистическая информация» и читаю: «Раздел в стадии формирования». Загружаю сайт информационного ресурса ФАИП, раздел аналитических отчетов — там снова пустота с надписью «Результаты отсутствуют» и с издевательски звучащим советом «Проверьте фильтры запроса и повторите попытку».

Да, это вам не отписки! Тут, понимаешь, электроника, с ней не поспоришь. В этом океане виртуальной бюрократии простому смертному, пожалуй, не выплыть. И что с того, что информация о расходовании бюджетных средств на социальные нужды представляет общественный интерес и должна быть доступна гражданам и СМИ без противодействия. Зато как удобно прятать здесь все концы тем, кому этот информационный хаос на руку, как легко использовать «мутную» среду запущенного и замусоренного интернет-пространства для сделок и коррупционных связей.

Последней каплей унижения стала самая крупная надпись на официальных сайтах любого ведомства: ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ. Задумка-то хорошая, но в ситуации, когда «нет доступа» или «засорились фильтры», двусмысленная. Воистину все мы — обычные пользователи бюрократической информационной системы — поневоле слабовидящие.

А что же с вакцинами?

В Минздраве разъяснили, что запрос мой послан в НИИЭМ, что по закону через месяц получу ответ оттуда. Любезно также сообщили, что из-за реформирования министерства и РАМН все их предыдущие архивы скопом сданы на хранение и вряд ли доступны пока для расследования.

Повезло, что проектно-строительная компания «Юнион-строй», входящая в группу «Фармстрой», — генподрядчик НИИЭМ по корпусу 10 — оказалась чуть более открытой. Во всяком случае, мой «информатор» по имени Интернет, выдал-таки ценную справочку: отчет Управления санитарно-эпидемиологического надзора из Комитета госстройнадзора города Москвы от 6 сентября 2013 года о проведении итоговой проверки интересующего меня объекта. «На момент проверки проводились работы по пусконаладке инженерного и технологического оборудования по производству вакцины. Заказчиком выступает ООО «Магистр-К», подрядчиком — ООО «ПСК «ЮНИОН-Строй». В новом здании удалось реализовать проектные решения и разместить сложное многопрофильное инженерное и технологическое оборудование по производству противотуберкулезной вакцины, отвечающей требованиям европейских стандартов. …Кроме того, здание оснащено дополнительным оборудованием, предназначенным для возможности разработки новых препаратов, направленных на профилактику опасных инфекций».

Замечательно! Значит все же получилось достроить-таки новый корпус. Лучше поздно, чем никогда, не правда ли?

Почему при этом заказчиком оказалась строительная фирма «Магистр-К» из подмосковного Красногорска, а не сам институт, а также куда делись упомянутые итальянские мастера, якобы ведущие монтаж оборудования на объекте уже под самый новый год, судить не берусь, мне это, честно говоря, и неинтересно. Также, как не хочу вдаваться в отношения института с некой фирмой по недвижимости, в ссылке на которую поисковик Яндекса выдал строчку из договора: «Наименование объекта: Реконструкция и техническое перевооружение ФГБУ «НИИ эпидемиологии и … Заказчик: Федеральное государственное бюджетное учреждение «НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф. Гамалеи», но при попытке узнать подробности открыл пустое окно с извинительной надписью «Раздел находится в стадии наполнения». Чем, интересно?

Эта брокерская компания UPBS была основана в Москве в 2011 году, чтобы, как она сама заявляет, «строить качественную, не простую по архитектуре и уникальную по своему дизайну недвижимость». Основное достижение — сеть ресторанов «Чайхона № 1». Неужто техническое перевооружение требует столь же непростого уникального дизайна? Впрочем, все это, повторюсь, не мое дело, есть для разгадки подобных ребусов соответствующие органы.

Но добиться резульата все же хотелось: неужели, думала, не одолею бюрократическую паранойю, не узнаю элементарного — сдан объект из целевой правительственной программы в эксплуатацию или нет? Привожу добытую стародавними методами, в доверительной беседе — подлинную и вовсе несекретную информацию из уст заместителя генерального директора «Юнион-строя» Б. В. Куприянова. Да, прояснил он ситуацию, подписана главная бумага, так называемый ЗОТ, то есть Заключение Соответствия строительным и прочим нормам и правилам. Но… Вдруг, на завершающем этапе, возникли проблемы с ещё более главной бумагой — ГПЗУ (Градостроительный план земельного участка). Как-то затерялась она на пути между заказчиком, службами архитекторов и Бюро технической инвентаризации. А ведь этот ГПЗУ ещё должен быть утверждён правительством Москвы.

Что это значит? Это значит, что судьба объекта все еще под угрозой. И о новой продукции для борьбы с социально значимыми заболеваниями говорить еще рано.

Про вакцины же нашим читателям сказать пока так и нечего. Кроме того, пожалуй, что, как сообщила «Российская газета», Минздравсоцразвития России еще в 2012 году впервые (? — Авт.) направило на развитие медицинской науки 1 миллиард рублей. Они предназначены на выполнение исследований по четырем основным направлениям, в том числе — по вакцинам. «Впервые» — это, видимо, по новому кругу…

Людмила СЕМИНА

NB!

Данный материал был направлен на имя Президента РФ Владимира Путина. Из администрации главы государства нам сообщили, что материал направлен в МВД России с поручением объективно и всесторонне рассмотреть ситуацию, принять необходимое решение и проинформировать о результатах редакцию «НВ», которая, в свою очередь, берет эту актуальную тему на контроль.

Рейтинг@Mail.ru