Home / Общество / Зов культа

Зов культа

Россияне готовы отдать последнее за иллюзию могущества.

45

Многие из нас уверены, что приверженцы нетрадиционных культов или как мы их запросто называем — «сектанты» — это экзальтированные люди в странных одеяниях, которые с горящими глазами молятся на какого-нибудь гуру и чуть ли не силком затаскивают прохожих в свой культ. Однако после беседы с руководителем Центра реабилитации жертв нетрадиционных религий священником Евгением Тремаскиным корреспондент «Новых Ведомостей» убедилась, что сектанты мало походят на безумных фанатиков. Обычные мужчины и женщины. Так сразу и не скажешь, что кто-то из них молился на квартирах портретам и разговаривал с духами, кто-то занимался магией, а кто-то поклонялся черным силам и приносил жертвы…

На рынке сект конкуренция крайне жесткая. Тут уже недостаточно просто заявить себя новой мессией, надо, проще говоря, выпендриться. «Экзотических сект, доходящих до маразма, пруд пруди. Например, «Анастасия». Люди бегают нагишом по лесам и полям, исповедуя слияние с природой. Правда, заканчивается это  тем, что они сливаются не с природой, а друг с другом. В человеке всегда есть доброе начало, но все это мешается с глупостью, превращая хорошее в смешное. Или кришнаиты тоже забавные ребята — поют, танцуют, босиком гуляют, в барабаны бьют. Недавно приходил человек из секты «Змея Горыныча». Там всего несколько человек, но они серьезно поклонялись этому сказочному чудищу», — рассказывает Евгений Тремаскин. Как правило, культы, где обрядовая сторона включает в себя насилие, связаны с сатанизмом. Туда изначально идут люди с задатками садистов. Сатанисты и прокалывают себя, и режут, и жертвы приносят. Причинение боли — это потребность их психики. «Как-то был человек, который несколько раз подписывал договор с дьяволом кровью. А недавно приходил ко мне вурдалак, который стаканами пил кровь, рассказывает отец Евгений. —  Чью? Ну не кошачью же. Человеческую». На мой вопрос, где вампиреныш искал себе «пропитание», Евгений Тремаскин рассказал, что существует целая сеть по снабжению сатанистов человеческой кровью. «Парень никого не убивал. Он рассказывал, что они как-то договариваются с людьми и за деньги или «бартером» берут свою порцию кровушки».

Как рассказали в Центре реабилитации жертв нетрадиционных религий, на культы даже есть своеобразная мода. «Очень модное веяние — язычество. Вроде как возвращаются к истокам. Ходят в народной одежде, исповедуют исконные традиции. Если мужчина не может дома и на работе проявить себя как мужчина, он в косоворотке в лесу будет дубинкой с такими же как он махать. Это, по-моему, печально. Так человек пытается уйти от реальности. Надел лапти, косоворотку, двинул по рылу, кваску попил, матерком выразился и на все ответ: — А у нас на Руси всегда так было!». Привлекая людей, культы просто грамотно используют человеческие слабости. Как правило, каждая секта ориентирована на свою целевую аудиторию. Склонные к мистике идут в теософию, склонные к внутренней экзальтации идут в восточные культы. Люди зависимые, ищущие объект для поклонения уходят в харизматические секты. Те, кто хочет понять веру прагматически и чувственно — в протестантские школы. Туда также идут люди с конкретными проблемами — алкоголизмом, наркоманией, безработицей, отсутствием семьи, так как там обещают помочь именно в конкретных вопросах. Однако за это члены культов расплачиваются не только душевным здоровьем, но и деньгами. «В сектах работают отличные юристы, так все перепишут на себя, что никто не придерется — все было сделано в соответствии с законом. Когда в Москве действовала секта Аум Сенрикё, они снимали помещение в психиатрической больнице, где второй этаж оборудовали под бараки с трехъярусными нарами. И там ночевали, молились портрету своего гуру. Туда, например, попала одна семья — муж-профессор, жена, трое детей. Люди отписали все свое имущество, отдали все накопления. И вот по ночам к ним приходил японец, который тряс, будил и спросонья спрашивал, все ли они отдали? Хорошо, что мужчина в конце-концов понял ужас своего положения, пошел в милицию, но было уже поздно». Теряют последнее в погоне за богатством и в коммерческих культах типа Гербалайфа и других подобных компаний, которые также работают по всем принципам сект.

У членов на лицо все признаки сектантского мировоззрения — безоговорочная вера в идеалы «корпорации», желание втянуть туда как можно больше людей, навязывание близким и знакомым ценностей организации? Есть у меня знакомая семья, которая вложила все средства в подобную пирамиду, влезли в долги и свято верят, что скоро разбогатеют. Секты ловят людей на их желаниях, погнавшись за которыми, люди теряют последнее. Сектантское мировоззрение говорит: сделай то-то и получишь, чего хотел. Поэтому многие готовы платить деньги колдунам, сектантским «мастерам» и «магистрам», чтобы пошептал — и сбылось».

Таисия ИЛЬИНА

Рейтинг@Mail.ru