новости дня
Главная / Общество / Два игрока пара

Два игрока пара

Какой пример подают бизнесу Сбербанк Германа Грефа и Транснефть Николая Токарева

Сбербанк все-таки одолел Транснефть в борьбе за десятки миллиардов рублей. Апелляционная инстанция решила, что сделка между госбанком и государственной же трубопроводной компанией была законна, хотя до этого арбитраж встал на сторону Транснефти. Стороны судятся из-за операций по страхованию валютных рисков, которые привели к огромным потерям Транснефти. И этот процесс, а также позиции сутяжников, очень многое говорят о состоянии российского бизнеса.

Рубль упадет? Да никогда!

Эта история началась в уже далеком 2013-м году. Тогда Транснефть решила захеджировать (проще говоря, застраховать) свои валютные риски. Что весьма логично для компании, которая отправляет по трубам нефть и нефтепродукты на экспорт за доллары и евро. Суть таких сделок в том, что стороны договариваются о покупке валюты по определенному курсу. И если с курсом что-то случится, тот, кто хеджирует, сумеет сохранить свои деньги. Ну а банк получит комиссию и, возможно, заработает на разнице курсов. Страховалась госкомпания от падения доллара. Тогда, в благословенное мирное время никто и не мог предположить, что с российской валютой может случиться катастрофа.

Поэтому в сделке были неограниченные риски по одному из финансовых инструментов. Они могли сработать только в самом фантастическом случае, если рубль улетит в пропасть. Что, как известно, и произошло через год, когда Транснефть закрывала сделку со Сбером. В итоге компания потеряла 66 миллиардов рублей. Это огромная сумма, сопоставимая с годовым бюджетом крупного российского региона. Например, Томской области, которая далеко не самая бедная в России. И даже для такой крупной госкорпорации как Транснефть, деньги весьма и весьма существенные. Госкомпания пару лет подумала, а потом пошла в суд.

Простите нас, неграмотные мы!

И это стало прецедентом. Похожие случаи, правда, были. Так, сотовый оператор «ВымпелКом» (бренд «Билайн») как-то пытался оспорить сумму арендных выплат, они резко повысились, так как считались в долларах. Но в итоге компания договорилась с ответчиком. Но у Транснефти и Сбера уникальный случай. Ведь тут речь идет о финансовом рынке, который капиталистическая Россия пытается развивать последние четверть века.

Транснефть, если перевести юридические перипетии в бытовую плоскость, пыталась представить себя несчастной, обездоленной, обманутой стороной. Одним из аргументов корпорации, который повергнул в шок наблюдателей, было то, что компания не слишком разбирается в финансовых вопросах. Мол, ее дело прокачивать нефть, а не колдовать с деривативами и другими финансовыми инструментами. А, может, все действительно так и есть? Быть может у такой крупной корпорации нет в штате грамотных финансовых аналитиков, юристов, риск-менеджеров? Зачем они ей, краник открыли, нефть потекла по трубе, что еще надо?! А тут доверились хищным банкирам, они что-то там заставили подписать и ободрали как липку. Все это настолько смешно, что даже не хочется обсуждать. Но куда забавнее то, что первый суд Транснефть выиграла.

Шеф, все пропало!

После этого за Сбербанк заступился ЦБ. Регулятор сообщил, что решение московского суда содержит риски для экономики. И эту позицию можно понять. У нас экономика рыночная, а это подразумевает риски. Сегодня ты заработал, а завтра потерял. Послезавтра, может быть, снова заработаешь. А, может быть, уйдешь в небытие. Так живет весь цивилизованный мир: свобода, но в рамках установленных правил. Если каждый будет задним числом добиваться для себя выгодных условий, то это напрочь перечеркнет все либеральные завоевания современной России. Наверное, так оно и есть. В этом смысле показателен пример валютных ипотечников. Они взрослые люди, взяли кредиты. Ну а то, что доллар взлетел до небес – риск, который граждане должны были осознавать. Таких людей очень жаль, но жизнь есть жизнь.

Другое дело, что та же рыночная экономика предполагает еще один инструмент, который поважнее будет. Участники могут договариваться. Так и происходило с валютными ипотечниками. Они помитинговали, а потом договорились с банками и перевели кредиты в рубли. Да, условия были не самые лучшие, но достаточно приемлемыми, жить можно. А помните, как страдал из-за обвала рубля российский бизнес, те, у кого были валютные операции? Без валюты нам никуда, мы сильно зависим от импорта, чтобы в этом убедиться, достаточно зайти в любой магазин. Но бизнесмены тоже договаривались: друг с другом, с покупателями, временно заморозив цены. Конечно, не все, кто-то выставлял такой прайс, что можно было упасть в обморок. Но в целом во время бушующей инфляции компромисс найти удавалось. О чем, проиграв первый суд, вероятно, вспомнил Сбербанк.

Договориться? Зачем?

Накануне решения по жалобе стало известно, что госбанк предложил трубопроводной компании мировую. Об этом сообщили в Транснефти, добавив, что вопрос о примирении обсуждался с участием вице-премьера Аркадия Дворковича и главы госкорпорации Николая Токарева. Детали соглашения неизвестны, но журналистам удалось кое-что выяснить. Сбер предложил не выплачивать Транснефти десятки миллиардов рублей, но зато сделать для корпорации очень выгодные условия обслуживания. Это максимально возможная высокая ставка по депозитам, привлекательные ставки по кредитам, низкая комиссия при валютных операциях, скидки и так далее. Конкретные подробности в СМИ не утекли, но и в таком виде предложение Сбера кажется вполне здравым. Это и есть тот самый процесс, когда стороны договариваются между собой, пытаясь вместе уладить последствия форс-мажора.

Вот только поступило это предложение буквально за день до заседания. А потом был суд и Сбер победил. Необходимость в мировой отпала. И в связи с этим возникает вопрос: так банк хотел договориться, или только сделал видимость, почуяв, что арбитраж теперь встанет на его сторону? Ведь догадаться об этом было не так сложно, с учетом того, что за банк заступился ЦБ. А суды у нас, как известно, частенько доверяют регулятору в финансовых вопросах. Раз ЦБ увидел в предыдущем решении угрозу для экономики, значит так оно и есть. Да на кой черт искать компромиссы, когда есть такой защитник! Тем более, что о хороших отношениях Германа Грефа и его бывшей подчиненной Эльвиры Набиуллиной известно всем.

Приходите на нас посмотреть

В итоге складывается следующая картина. С одной стороны у нас госкорпорация, которая, по всей видимости, считает себя равнее других, и с легкостью попирает правила, по которым играют все остальные. С другой – госбанк, который, вероятно, не хочет цивилизованно садиться за стол переговоров и находить устраивающий всех выход. Обвал валюты стал общей проблемой для всего бизнеса, и решать ее нужно спокойно и с учетом всех интересов. Тогда и с пресловутым инвестклиматом будет все хорошо. Но у нас же загадочная русская душа и загадочный русский суд. И шатает их из одной стороны в другую. Остальное деловое сообщество внимательно наблюдает на процессуальную грызню лидеров российского бизнеса. И, естественно, берет пример, а как иначе? И про себя, наверное, думает: «И эти люди запрещают нам ковыряться в носу?».

Антон Волин

Источник: «Версия»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru