«Посыпалось все сразу»
Рынок труда в Москве достаточно успешно пережил пандемию. Так, в начале марта заммэра столицы Владимир Ефимов рапортовал о том, что восстановление доковидного уровня безработицы успешно произошло. В том числе за счет самозанятых, для которых и до пандемии удаленка и отсутствие постоянного рабочего места были привычным делом. В разговоре с корреспондентами «МК» представители разных профессий — фрилансеры — рассказали, как провели прошлый год и хорошо ли сейчас быть самозанятым.
Ольга, 42 года, политтехнолог: «То густо, то пусто»
— Я со студенчества привыкла работать на проектах, так что ситуацией «то густо, то пусто» меня не удивишь и не испугаешь. И я хотела бы с высоты своего уже пятого десятка сказать тем молодым, кто сейчас мечтает «покинуть душный офис и работать только на себя»: а вы готовы к тому, что ваш доход от месяца к месяцу может отличаться на ноль? К счастью, у меня есть жилье. При аренде или ипотеке такой ритм жизни не подошел бы точно.
Пандемия отлично это подчеркнула. В прошлом марте у меня были запущены переговоры с двумя заказчиками, которым я должна была делать пиар-сопровождение. Один проект — политический, другой — ровно наоборот, рекламная кампания на книгу. В сумме они обещали приносить мне порядка 300 тысяч рублей в месяц… однако из-за пандемии все отменилось. И в следующий раз прилично заработать я смогла только в июне, когда готовилось голосование по Конституции. До этого жила на те деньги, которые получаю от чтения лекций (перешли в онлайн) и разовых заказов. Получается примерно по 40 тысяч в месяц. Хороший контраст, правда? Повторюсь, я к такому привыкла. Это должно быть образом жизни. Кто-то привык, что каждый месяц, условно 5-го и 20-го числа, обязательно получает деньги и живет от зарплаты до зарплаты. Я обычно не знаю, когда в следующий раз получу деньги, поэтому планировать бюджет приходится самой — интуитивно.
Перед Новым годом я сдала еще один небольшой проект. Деньги оказались кстати: в январе заболела коронавирусом моя пожилая мама, мы много потратили на платное КТ, капельницы на дому, лекарства и так далее.
Сейчас я жду, когда начнется охота на технологов перед выборами в Госдуму в сентябре — скорее всего, на те деньги, которые я заработаю, я буду жить следующие полгода. Пока что мне сделали только одно предложение — на кампанию с очень скромным бюджетом, на 60 тысяч в месяц. Я отказалась, хотя вообще стараюсь ни от чего не отказываться — просто в данном случае понимаю, что моя работа на этой кампании может стоить в 4–5 раз дороже. Иногда думаю: может, надо было соглашаться на такое предложение, ну вдруг другого в нынешней ситуации уже не будет?
Не скажу, что проблемы из-за пандемии. Скорее, она их усугубила, поскольку народ стал массово сокращать бюджеты.
ТЕАТР, КИНО, МУЗЫКА: КТО СМОГ УЙТИ В ОНЛАЙН, ТОТ МОЛОДЕЦ.Елена, 30 лет, режиссер и театральный критик: «Посыпалось все сразу»
— Я всегда думала, что если делать то, что тебе нравится, не жалеть сил и двигаться вперед, то все получится и все будет хорошо. Однако 2020 год заставил меня серьезно пересмотреть этот подход. Я всегда была внутренне не согласна с позицией, что, мол, где-то должна лежать трудовая книжка и страховать тыл на случай непредвиденных обстоятельств, — поэтому я зарегистрировалась как самозанятая, чтобы работать на себя. У меня было три источника доходов: работа режиссером на собственных спектаклях, написание материалов для СМИ в качестве театрального критика и коммерческие проекты, связанные с рекламой, которыми я занимаюсь исключительно ради заработка.
Весной, когда началась пандемия, посыпалось практически все сразу. Мои спектакли нельзя было играть из-за запрета на проведение массовых мероприятий. Еще я читаю публичные лекции по театральной критике — они тоже отменились из-за пандемии. В одном проекте их удалось перевести в онлайн-формат, и я очень благодарна за это организаторам — все остальное встало на паузу. Два издания, с которыми я сотрудничала как театральный критик на постоянной основе, закрылись: одно из-за пандемии, другое — по своим причинам, но это в данном случае не так уж важно.
С коммерческими рекламными заказами тоже все оказалось не гладко. К примеру, в одном агентстве я взяла заказ на проведение мероприятия, получила аванс, начала готовиться. Когда у меня было готово примерно 70% работы, мне сообщили, что заказ отменяется — из-за пандемии агентство начало сокращать все расходы, в том числе на мероприятия. В итоге я недополучила порядка 160 тысяч рублей. При этом я хорошо понимаю ситуацию, в которую попало агентство, и я им сочувствую — хотя мне жаль было денег, я понимала, что рекламное агентство потеряло еще больше.
Переговоры по новым спектаклям, разумеется, тоже встали на паузу во время пандемии.
Светлое пятно на этом фоне — мне вернули порядка 10–12 тысяч рублей от государства: в счет возврата налогов, которые я заплатила как самозанятая. Это был приятный бонус, особенно если учесть, что я не так давно зарегистрировалась. Однако в целом этот год научил меня простой вещи: как ни крути, но рассчитывать можно только на себя и на близких проверенных людей. Если бы не моя мама, мой любимый мужчина и не хозяйка моей съемной квартиры, которая пошла навстречу и снизила арендную плату, я не знаю, как выжила бы в этом году.
ДЛЯ ЛЮДЕЙ НЕКОТОРЫХ СПЕЦИАЛЬНОСТЕЙ ГОД ВЫШЕЛ УДАЧНЫМ.Никита, 48 лет, электрик: «Это была славная охота на дачников»
— Начало всего этого дурдома я встретил тем самым самозанятым фрилансером: уже пять лет как ушел в электрики из рекламщиков, благо в рекламу попал когда-то с инженерным образованием и еще в институте получил высоковольтный допуск (от 1000 вольт). В инженерах мне не нравилось, что бегаешь по морозу, и тобой при этом все начальство командует. Хотя и ты можешь на кого-то покричать, но над тобой все равно начальников больше — после тридцати такое уже раздражает. В рекламе над тобой тоже издеваются все кому не лень, хотя работаешь в основном в тепле. Но психика не выдерживает. А частнику хорошо, сделал работу — и свободен, деньги платят, а начальства над тобой нет.
Так вот, началась пандемия, и для меня запахло жареным. Потому что: а) у людей резко стали кончаться деньги, а у кого не кончились, те начали их прижимать. Вот, например, приятель хотел мне заплатить за установку огромной сложной люстры, это стоит не меньше 10 тысяч, а скорее всего, вышло бы больше. Но началась «самоудовлетворенка», и приятель позвонил: извини, мол, дорогой, сам повешу. И б) ввели пропуска на передвижение, а мне на самозанятого не удалось такой пропуск получить. Кое-как выкрутился поначалу, но понял — дело труба, надо перестраховаться. И поступил — спасибо допуску — в энергосети Талдомского района. Это был апрель, люди там были нужны, потому что резко «приехали» все садовые товарищества, которые обычно дремали до майских. И началось веселье — падали автоматы, мелкие подстанции. Все это «вылечили» до середины мая, и тут начался второй сезон работы — уже частным образом. Телефон я оставил у всех председателей СНТ, поэтому мне начали звонить дачники: переделать ввод, модернизировать домовую проводку, запитать стиральную машину или крупный бойлер. До октября был обеспечен заказами, в среднем в месяц набегало чистыми около 100 тысяч рублей. Это помимо 20 с небольшим тысяч в энергосетях — там зарплаты небольшие как раз в расчете на частные заказы. Государственной поддержки никакой не чувствовал (кроме выплаты на ребенка), спасибо, что не мешали работать. И в общем год, несмотря на пандемию (а может, и благодаря), вышел довольно удачным. Секрет успеха — сочетать базовое трудоустройство и много частных заказов.
Светлана, 52 года, хозяйка мини-отеля: «Работали вчерную, выключали телефон»
— Мы с мужем в какой-то момент не надеялись, что переживем 2020 год. Потому что, во-первых, оба переболели ковидом, он легко, пять дней с температурой, я намного тяжелее, две недели в больнице. А во-вторых, наш микробизнес — гостевой домик в деревне Тверской области, который мы купили в 2019 году, чтобы работать на себя — вместо прибыли едва не дал дуба. Мы вышли в ноль с огромным трудом, экономя на всем и нарушая ковидные ограничения. Работали вчерную, выключали телефон, указанный в рекламе, — типа не работаем, на самом деле была почти непрерывная загрузка, но по сниженной цене.
Когда начался локдаун — это было 28 марта, как раз Путин выступил по телевидению, — у нас были брони до июня: через «Букинг» и просто через сарафанное радио. Тверская область запретила работу гостиниц, так что мы вынуждены были «Букинг» прикрыть. И телефон, который был в рекламе, тоже — нас предупредили, что будут звонить проверяющие, пытаться бронировать. Но у нас на первое время были договоренности по заездам — всем, кто забронировал, объяснили ситуацию, дали личный мой телефон, сказали, что ждем в любом случае. Где-то половина гостей сохранилась, а вот вторая половина потребовала деньги обратно. Выплатили, вздохнули, понимаем, что надо как-то жить дальше. И тут в соцсетях — один за одним панические вопросы: где бы снять дачу на лето? Пишем им в комментариях, в личку — так и так, приезжайте, есть такие-то даты. В результате — до самых холодов полная загрузка! Приехала одна семья, мы с ними к концу сезона по-настоящему подружились. Другой вопрос, что по деньгам это не так выгодно, как нормальный гостевой дом с посуточной ценой. Но и то хорошо, что так выкрутились.
ТУРИСТИЧЕСКАЯ ОТРАСЛЬ: НЕ ВСЕ ФРИЛАНСЕРЫ ПЕРЕЖИЛИ ПАНДЕМИЮ.В этом году, кстати, решили купить еще один дом по соседству. Судя по тому, что границы никто открывать не собирается, это лето опять будет про внутренний туризм. Оборудуем по минимуму — будет пока не слишком комфортный вариант, с полным погружением, русской печкой и выгребной ямой. Но, думаю, за сходную цену будет пользоваться спросом. Потому что у нас здесь великолепные озера, леса, природа и от платной питерской трассы совсем недалеко. Денег возьмем из запасов — прибыли в прошлом году не было никакой, все съели накладные расходы.
Мария, 50 лет, бухгалтер: «Часть моих клиентов пандемию не пережила»
— Не очень удачный год, прямо скажем. У меня на обслуживании в среднем десять малых предприятий — бывает от пяти до пятнадцати. 2020 год я начала с 13 клиентами, завершила с 7. Правда, здесь целый комплекс причин, как я понимаю: дело не только в кризисе, сложившемся в результате пандемии, но еще и в системных сдвигах в нашей отрасли. Прежде всего, массово ликвидируются юрлица формата ИП (индивидуальный предприниматель) — кто-то становится самозанятым, что проще, в том числе за счет экономии на бухгалтерских услугах, а кто-то возвращается в наем, где ситуация все-таки более надежная. Вторая причина — конечно, пандемия: часть моих клиентов ее просто не пережила.
Например, закрылись после апрельско-майского локдауна две мои старинные клиентки с маникюрными салонами. Ну то есть как закрылись: в обоих случаях и хозяйка, и мастерицы перешли на надомный формат работы. Хозяйки еще долго потом распродавали мебель и технику фактически за бесценок. Насколько я знаю, к сентябрю с долгами рассчитались, но снова открываться пока не стали. Живут на накопления, выжидают. Одно издательство тоже не выплыло — разбежались по разным конторам, в моих услугах уже не нуждаются. На самозанятость перешло корректорское агентство, которое раньше было ИП, и два велосипедных мастера. Еще один клиент — мастерская металлоремонта — вообще просто исчез с радаров, с ним пропала связь, надеюсь, он не стал жертвой ковида. Документы его до сих пор у меня, что с ним происходит, не знаю.
Мои доходы пропорционально снизились — если при десятке клиентов я имею около 200 тысяч в месяц, то сейчас вдвое меньше: тарифы пришлось, раз уж кризис, немного опустить. Цены — сами знаете, поступающая в вуз дочка тоже оптимизма не добавляет. Но делать нечего, будем прорываться. Надеюсь, бухгалтеров заменят роботами еще не в следующем году — а если и заменят, буду консультантом по уходу от налогов.
Антон Размахнин, Дарья Тюкова
По материалам: «Московский комсомолец»
