Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Пятница, 21 07 2017
Home / Статьи / Одно слово – Бразилия

Одно слово – Бразилия

О самых примечательных уголках этой удивительной страны в серии репортажей рссказывает известный журналист и писатель Леонид РЕПИН

Вода планеты нашей

 

Ради того, чтобы увидеть это, я летел шестнадцать часов из Москвы в Рио де Жанейро, а потом, едва переведя дух, еще почти два часа на юго-запад – в городок Фос де Игуасу. Потому что даже из Рио других дорог сюда, кроме как по воздуху, нет.

Водопад Игуасу… Он больше, чем Виктория в Зимбабве и Замбии, чем Ниагарский водопад в Северной Америке, и гораздо крупнее. А о том, что Игуасу несравненно красивее, и говорить не приходится. Факт общеизвестный с той поры, как только европейцы впервые его увидели. Хотя и считается, что Игуасу был открыт бесстрашным и беспощадным конкистадором Кабесой де Вака, чье имя в переводе с испанского означает всего-навсего «коровья голова», а происхождение этого имени относится к древности, когда предок Кабесы, разведуя путь в пустыне, выкладывал его коровьими черепами, съедая по мере надобности обреченных животных.

Я мечтал увидеть Игуасу с той самой поры, когда узнал, что «Большая вода» — а именно так в переводе с языка местных индейцев звучит это слово – действительно существует. Игуасу – это не единый поток прорвавшейся то ли из недр, то ли с неба воды – это 275 водопадов в том месте, где сошлись границы трех государств – Бразилии, Аргентины и Парагвая. Так что, оказавшись здесь, в один день можно побывать сразу в трех государствах. Ширина водных потоков, если мысленно их соединить, достигнет трех километров, но каждый из них воистину прекрасен и неповторим. Струи воды — самых разных оттенков: от зеленого до темно-синего, местами же — почти фиолетового, это уж кто как увидит… И вся эта громада живой, тяжелой, подобно ртути, воды низвергается с высоты в 90 метров и со скоростью 1700 кубических метров в секунду – больше, чем Ниагара и Виктория вместе взятые! Оторваться невозможно от этого зрелища…

На моторной лодке с рулевым Хуаном, мрачным мужиком, похожим на восковую фигуру здешнего аборигена, мы подходим к одному из «Трех мушкетеров» — небольшому водопаду из потока Игуасу, разделенному изумрудными ветвями висячей тропической растительности. И с разлета входим под струи. Это не лихость и ни в коем случае не просчет Хуана: это делается для того, чтобы заезжие гости вымокли насквозь, до самых костей. Иначе, как считается, ты побывал только возле Игуасу, лишь издали видел его. Удовольствие, впрочем, весьма сомнительное, хотя вода на удивление теплая. К тому же приходится совершать чудеса эквилибристики, дабы уберечь от буйной воды фотокамеру.

Зато потом, на базе, переодевшись в сухую одежду, ты становишься свидетелем совсем другой картины, когда окружающие Игуасу леса кажутся невероятно тихими, а вся наша Земля — уединенной планетой, на которой, кроме нас, и нет никого. Тихо вокруг, и земля не содрогается от биения вод. Но вскоре такое ощущение бесследно рассеивается, потому что из джунглей вы- валивается пушистый зверек размером с небольшую собачку, с пышным хвостом с поперечными полосами, как у енота, и длинной мордочкой. Глаза зверюшки похожи на два огромных топаза. Когда я осторожно к нему подхожу, он усердно копается носом в опавшей листве и не обращает на человека никакого внимания. Я наклоняюсь и осторожно глажу его пушистую, упругую шерстку. Куату, а именно так называется это животное, обитающее только в Южной Америке, ведет себя, будто именно ради меня, на пару минут покинуло джунгли.

Игуасу – это Национальный парк Бразилии, животные здесь не боятся людей, потому что неведомо как, но здесь обеим сторонам удается жить в мире и в полном согласии. Чего нам, живущим на севере совсем небольшой, как выясняется, планеты, не удается никак. Возможно, потому, что мы хотим слишком многого: устраивать свою жизнь за счет других.

 

Леонид РЕПИН|

действительный член Русского географического общества

Рейтинг@Mail.ru