Ограничения для детей (18+)
Новые ведомости
 Пятница, 28 07 2017
Home / Общество / Круги на воде

Круги на воде

Лишив финансирования знаменитый на весь мир пермский музей под открытым небом «Зона», российское государство, по сути, прекратило финансирование Памяти.

23

Ровно год назад Карагандинский частный университет актуального образования «Болашак» объявил интернет-конкурс сочинений для школьников старших классов и учащихся колледжей стран СНГ на тему «Карлаг: память во имя будущего». И тут же в адрес конкурсной комиссии стали поступать сочинения от подростков из самых разных регионов бывшего СССР — от Минска до Владивостока, от Воркуты до Караганды…

Подростки были вольны выбрать любой из трех языков — казахский, русский или английский. Единственными условиями были — любопытство и любознательность. Руководителями проектов, как правило, оказывались школьные учителя или преподаватели колледжей. Они же были, очевидно, и главными консультантами участников конкурса, наряду с родителями ребят.

И вот что примечательно: казахстанские подростки показывали глубокие знания темы, ссылались на прочитанное, на рассказанное родственниками или услышанное на уроках. Российские же школьники — то ли от незнания, то ли от сознательного желания уйти от «скользкой» и непопулярной в России темы — в основном написали о Великой Отечественной войне.

Итоги подводились ко Дню памяти жертв политических репрессий — святому для каждого казахстанца дню.

Надо ли говорить, какой живой интерес вызвал этот конкурс: любая возможность самостоятельно и свободно высказать свои мысли и при этом быть услышанным — всегда соблазнительна и привлекательна для подростка. И «Болашак» услышал каждого.

В канун Дня памяти замученных голодомором и сталинскими концлагерями в университете торжественно приветствовали и награждали победителей. Ребята съехались из разных регионов бывшего СССР. И это, казалось бы, обязательное, подытоживающее каждый конкурс мероприятие вылилось в «Болашаке» в праздник Памяти, Сопереживания и Толерантности. Зал был един. Един и в желании бесстрашно оглянуться назад, и без лицемерия и ханжества вглядеться в Прошлое, един в Сопереживании этому горькому прошлому и тем, кто стал его невинными жертвами.

Для зала не было ни русских, ни казахов, ни белорусов, ни украинцев, ни дагестанцев, ни чеченцев, ни корейцев, ни греков, ни немцев, ни поляков — для зала существовали только ни в чем не повинные люди, чьи судьбы были безжалостно перемолоты с ужасающей жестокостью и равнодушием машиной-монстром по имени Тоталитаризм. И на глазах собравшихся — детей и взрослых — закипали слезы Очищения. Слезы раскаяния и стыда, слезы горечи и покаяния за чудовищные преступления против собственного народа, за страну, которая для их отцов и дедов была и остается общей родиной.

А вспомнился мне тот особенный день в университете «Болашак» совсем недавно, когда я услышала грустную новость о том, что знаменитый на весь мир пермский музей под открытым небом — «Зона» — лишен государственного финансирования.

Невольно подумалось: на самом деле прекращена государственная поддержка усилий тех, кто пытается сохранить не просто память, но и пытается активно противодействовать реабилитации преступного прошлого, прожитого и пережитого всей страной по имени СССР.

Прекращено финансирование Памяти.

И еще подумалось — как же далеко мы отошли за эти годы друг от друга…

 Нет, вовсе не случайно именно Казахстан не изменил своему прошлому, бесстрашно оглянувшись назад. Невозможно себе представить, чтобы в Казахстане вознамерились переименовать город Тараз в Мирзоян, или воздвигнуть памятник преступнику Голощекину. Чтобы именами сатрапов НКВД или активистов большевистского террора называли улицы или населенные пункты. Нравственное кредо народа незыблемо, и память о голодоморе 30-х, о бесчеловечности раскулачивания, о расстрелах без причин и приговоров вдруг сменилась бы требованием «прекратить очернять светлое прошлое», да еще и судебными приговорами за «очернительство» или «искажение исторической правды».

Сегодня казахстанские историки бережно и трепетно, шаг за шагом, восстанавливают прошлое своего народа, не заслоняясь от этого прошлого ложно понятыми «национальной гордостью», «исторической стерильностью», не подменяют правду фарисейскими эвфемизмами, называя преступления «ошибками, издержками времени», обеляя авторов и исполнителей этих преступлений.

Возможно, корень этой приверженности Правде есть генетическая особенность менталитета народа свободного, вольно кочевавшего по необъятным просторам Евразии, не знавшего крепостного права и привыкшего не кровью и мечом, а толерантностью и миролюбием утверждать высокие нравственные идеалы? А что, казахская женщина никогда не закрывала лица. Казах никогда не поднимет руку на ребенка. Идеал семьи как основы общности остается высоким нравственным приоритетом, который удалось казахам сохранить даже в годы советской колонизации, когда торжествовал лозунг: «Сперва думай о родине, а потом о себе».

Идеал женственности, так ценимый в казахской семье и казахском обществе, невозможно заменить образом женщины в камуфляже с автоматом Калашникова наперевес. Первейший нравственный закон казахской семьи — воспитать детей, достойных памяти предков до седьмого колена. Казахи сумели сохранить и сберечь свою родословную вопреки усилиям советской власти, которая с корнем отрывала человека от его прошлого. Может быть, все это и лежит в основе желания не только помнить свое прошлое, но и знать его?

Память жертв политических репрессий — голодомора тридцатых, сталинских концлагерей, арестов, этапов, Колымы, Воркуты, Карлага — священна для казахов и незыблема. Вблизи Астаны, на месте самого большого в СССР женского лагеря жен изменников родины (АЛЖИРа) — 26-й «точки» Карлага, возведен мемориальный комплекс, а близ Караганды, в «столице» Карлага — Долинке, в здании бывшего управления концлагеря НКВД работает Музей памяти жертв политических репрессий. В музеях областных городов и районных центров вы непременно встретите экспозиции, посвященные этим трагическим страницам советской истории. Все эти музеи живут за счет государственного бюджета — на деньги налогоплательщиков. Невозможно себе представить, чтобы государство закрыло дверь в прошлое, отказав музеям в средствах, а людям — в Памяти.

Ежегодно 31 мая на мемориальном Спасском кладбище близ Караганды собираются те, кто приехал в этот день почтить память замученных тоталитарным режимом. Это послы иностранных государств, аккредитованные в Казахстане, представители общественности, молодежь, родственники погибших — их уже теперь внуки и даже правнуки…

Память — это круги на воде. Однажды вброшенная в общество идея, принципиальная позиция, озвученная президентом страны Нурсултаном Назарбаевым — знать, помнить и ничего не забыть! — стала отправной точкой формирования и закрепления нравственного здоровья общества.

Память не может разъединять. Пережитое вместе объединяет, помогает лучше понять друг друга, помогает жить в мире и согласии. Разве это не самое главное для каждого из нас? Разве сохранение этого главного не делает нас чище, добрее, честнее перед собой и перед Историей?

Вспоминая те дни, я мысленно встречаюсь с молодой москвичкой, мамой победительницы конкурса, которая сказала мне: «Как у вас хорошо. Спокойно…».

Это спокойствие стоит того, чтобы его беречь и сберегать.

Екатерина КУЗНЕЦОВА

журналист, правозащитник

КАРАГАНДА

Рейтинг@Mail.ru