Home / В Мире / Путешествие по «красному маршруту»

Путешествие по «красному маршруту»

Специальный корреспондент «НВ» рассказывает о туризме с китайской спецификой

Как мы уже сообщали, агентство Синьхуа после увлекательной «Дороги к ланьчжоуской лапше с говядиной» (серию одноименных материалов читайте во вкладке «НВ» с 16 января по 20 февраля 2017 г.) вновь пригласило главного редактора «Нового вторника» Л. Ариха посетить Поднебесную. На сей раз — в качестве участника путешествия, организованного Комитетом по развитию туризма г. Линьи по так называемому «красному маршруту», который охватывает восточную часть провинции Шаньдун. Публикуем его первые репортажи.

1. Жуковский пока отдыхает

С удивлением узнал: летим в Китай с Жуковского. Диковатое расположение этого нового международного аэропорта вызывает не самые приятные чувства.

В здании — исключительно китайские лица и певуче-крикливая речь. Не хватает только иероглифов.

Подавляющее большинство китайцев, ожидающих выхода на посадку, составляют люди старшего и преклонного возраста. Одеты кто во что горазд. Навьюченные баулами, они чем-то очень напомнили мне российских челноков из лихих 90-х. Но если наши в основном напивались, то эти ведут себя строго по-китайски. Режутся в карты. Пьют воду (не водку) и что-то жуют. Активно общаются друг с другом, причем — довольно громко: наверно, делятся успехами бизнеса.

Милая пограничница, проверявшая документы перед пересечением условной границы, с легкой иронией в голосе напутствовала: «Вы там погромче с ними, а то ничего не услышите».

Впервые за многие годы таможенник в Жуковском спросил, сколько везу бабла. На что (также впервые) я намеренно сердито ответил, что бабла у меня нет, а есть пара тысяч рублей, которые баблом, наверно, не считаются. Впервые в миноискателе, как я называю сканирующую раму, зазвенела обувь, которая, сколько летаю, никогда еще не звенела.

Может, в Жуковском установили сверхчувствительный сканер, реагирующий даже на металлическую пыль?

2. Летим — как хотим!

К моему удивлению, салон Боинга-767 оказался полупустым. И этим рейсом, судя по всему, летели бывалые китайские пассажиры, умеющие завоевывать если не воздушное пространство вообще, то пространство воздушного судна точно. Кто-то спал, заняв весь ряд пустовавших кресел, кто-то умудрился, свернувшись калачиком, дрыхнуть на одной шестой части сиденья. Иные, вытянув ноги вперед и подперев ими перегородку, отделявшую от вип-салона, так и проспали в этой позе чуть не весь девятичасовый перелет, словно распятые, как Иисус Христос.

Пожилой китаец в майке по нескольку раз продефелировал между рядами, будто лунатик во сне.

Пару раз видел, как граждане Поднебесной в прямом смысле дрались за место… Если бы под солнцем! А то ведь колотили друг друга за место в очереди к стойке регистрации (так было в Жуковском) и к стойке паспортного контроля (так было в аэропорту города Цзинань). При этом китайский пограничник подошел к россиянке, снимавшей эту перепалку на свой телефон, и самолично удалил сюжет. Хотя главная неожиданность ждала меня впереди.

3. Как я потерялся на китайской земле

Это случилось в аэропорту Цзинаня и совершенно неожиданно для меня.

Выйдя из здания, мы остановились большой группой в ожидании автобуса до отеля. Я и отошел на минутку-другую, пытаясь настроить смартфон на уверенный сигнал Интернета (с ним в Китае — одни проблемы), чтобы передать родным о прибытии. А когда обернулся в сторону группы, ее и след простыл.

В Китае я уже не первый раз, тем не менее стало, мягко говоря, не по себе. Ибо потеряться в Поднебесной проще пареной репы. А голос потерявшегося здесь — как глас вопиющего в пустыне Гоби. Особенно если потерявшийся, как в моем случае, не владеет никакими другими языками, кроме русского. Все вывески и объявления здесь — только на китайском. К кому ни подойди с расспросами — на лицах недоумение. Это вам не Монголия советских времен, где русский, помню, знал каждый здравомыслящий арат.

Оказавшись в одиночестве, я последовал первейшему правилу поведения заблудшего в лесу: оставаться на том же месте, где потерялся.

Пока стоял в ожидании чуда, обдумывал план действий. Подойду к таксисту, тыкну пальцем в название обозначенного в программе отеля — и дело с концом. Благо, сотню зеленых — на всякий пожарный — я все-таки приберег… Или обращусь к полицейским. А не поймут (а они точно не поймут), сяду на участке и буду ждать, как упертый, пока они не разберутся между собой, куда меня, пропавшего, девать?

В итоге же, все закончилось благополучно. Китайские друзья достаточно быстро обнаружили потерю бойца и буквально прибежали туда, где оставили.

4. Два в одном флаконе

Так как наше путешествие охватывало города «красного маршрута», объясню в нескольких словах, что значит «красный туризм» вообще.

Такой термин придумали китайцы, обозначившие этим словосочетанием посещение исторических мест революционной славы. Вскоре этот тренд, как сказали бы современники, перекинулся в Россию, благодаря тем же китайским туристам, которых, в отличие от российских любителей путешествий, интересуют не только шоп-туры по магазинам, но и походы по историческим местам.

В России «красный маршрут» охватывает Москву, Санкт-Петербург, Ульяновск и Казань — то есть города, связанные с жизнью и смертью вождя мирового пролетариата — Владимира Ленина. К нему, как и к Мао Цзэдуну, жители Поднебесной, особенно представители старшего поколения (опять же, в отличие от русских), питают самые искренние и, большей частью, трепетные чувства.

Инициатором «красного туризма» в нашей стране выступил Ульяновск, поэтому я почти не удивлялся, когда на тех или иных официальных мероприятиях, сопровождавших наше путешествие, на трибуну неизменно поднимались и члены нашей делегации — Борис Левченко, заместитель постоянного представителя Ульяновской области при правительстве РФ, с обычно примыкавшими к нему Владиславом Лоскутовым из Ассоциации содействия русско-китайскому туризму и президентом Общенационального союза некоммерческих организаций Александром Айгистовым.

Очень важно знать, что в Китае «красный туризм» не на словах, а на деле поддерживается высшей властью. Сам Си Цзиньпин (председатель КНР. — Ред.) заявил в 2014 году, что «необходимо эффективно сочетать интерес населения к коммунистической истории и патриотическое воспитание, с одной стороны, и развитие красного туризма, с другой». Китайское правительство выделило на создание новых и реконструкцию старых исторических объектов, а также на разработку 66 «красных» маршрутов почти один миллиард долларов.

За последние 10 лет при поддержке властей было организовано больше 4 миллиардов туристических поездок, а в каждом книжном магазине представлены целые полки различных путеводителей по этой тематике.

Поэтому, думаю, я не открою большого секрета, если скажу, что продвижение «красного туризма» на территории Поднебесной стало главной целью и нашего путешествия. Поименованные мной выше официальные лица из России подписывали протоколы о сотрудничестве в сфере «красного туризма», открывали презентации новых туристических продуктов, рассказывали о российских возможностях.

Но лично меня в этой поездке увлекали не столько «красные» объекты, сколько разные китайские чудеса, о которых я и постараюсь рассказать вам в ближайших репортажах. Хотя без экскурсов в историю я вряд ли обойдусь. Но будут, повторяю, и чудо-источники Цзинаня, и святая гора Тайшань, и Конфуций, и «красные тетушки», и много чего еще, что я обещал накануне. Следите за газетой!

Леонид Арих

«Новый вторник»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru