Главная / Общество / Реабилитации не подлежит

Реабилитации не подлежит

60 лет назад в Швецию сбежал командир лучшего надводного корабля Военно-морского флота СССР Николай Артамонов

Сколько лет прошло, но и сегодня нет-нет, да и появится в периодической печати утверждение, что флотский офицер Николай Артамонов был агентом КГБ, удачно внедренным в ЦРУ и Пентагон. Так считает и Людмила Суворова, которая просила военную прокуратуру Балтийского флота пересмотреть дело ее брата, капитана 3 ранга Николая Артамонова, заочно приговоренного военным трибуналом за измену Родины к расстрелу.

Как это было

7 июля 1959 года командир эсминца «Сокрушительный», находившийся в Польше, бежал в Швецию на остров Эланд вместе с польской девушкой Евой. Оттуда офицера доставили в Кальмар, где его впервые допросили. Там же допрашивали и рулевого катера старшину 1 статьи Илью Попова, которого Артамонов обманом заманил в северную страну. В ходе допросов Попова постоянно спрашивали, какое задание выполнял в Польше в составе группы кораблей эсминец «Сокрушительный», заставляли старшину 1 статьи назвать вооружение кораблей, а также численность членов экипажа и их фамилии. Но в ответ на все вопросы Илья требовал немедленной встречи с российскими дипломатами. Попытка склонить Попова к предательству не удалась, и он был передан сотрудникам посольства СССР.

Резонансное дело

Как видно из архивных материалов, эта история получила широкий резонанс.

«Старший офицер попросил у шведской стороны политического убежища в связи с имевшими место разногласиями с начальством в Польше», — сообщало 60 лет назад агентство ДПА. Газета «Стокгольмс тидинген» отмечала, что «в причине бегства лежат и другие обстоятельства», поведала о неких трудностях в карьере Артамонова. А журнал «Фолкет бильд» процитировал самого Артамонова: «Визит флота в Копенгаген вызвал у меня желание жить в демократической стране. Я сбежал бы и во время этого визита, но в последний момент решил остаться. После возвращения домой я планировал побег более основательно и избрал Швецию вместо Дании».

На беглеца вышли только в 1967 году

Советская разведка предприняла большие усилия, чтобы найти перебежчика. Как выяснилось позже, Артамонов сменил фамилию, женился на Бьянке (такое имя получила Ева), был устроен на работу в американское разведуправление (РУМО). Следы беглеца удалось найти только в 1967 году. Как предположили некоторые журналисты, Артамонова, скорее всего, «сдали» спецслужбы США. И это логично. Ведь за годы, прошедшие после бегства, предатель утратил связи со своей бывшей страной, великим специалистом по разведделам быть не мог (не те навыки), сообщенные сведения уже устарели, а свежими беглец не располагал. Да и консультации бывшего капитана 3 ранга вряд ли могли отличаться особой ценностью.

«Суровые» выводы Суворовой

Впрочем, вернемся к письму сестры беглого балтийского офицера.

«…Мой брат погиб в 1975 году во время возвращения на Родину, — писала Суворова. — Как можно сделать вывод из газетных статей, информация дозировалась госбезопасностью по договоренности со службами западных разведок. Артамонов был нелегально направлен главой СССР Н. С. Хрущевым в Европу для обеспечения межгосударственных контактов в период конфронтации».

Свои выводы о том, что капитан 3 ранга Артамонов был не предателем, а советским разведчиком, Суворова делает на основании публикаций, появившихся, в частности, в «Литературной газете», «Нью-Йорк-Таймс», питерском еженедельнике «Калейдоскоп» и других. Как утверждали их авторы, советская разведка предприняла попытку перевербовать Артамонова, проживавшего в США под фамилией Шадрин.

Двойная игра

Когда Артамонову передали письмо от бывшей жены с просьбой вернуться домой, пообещали помочь сыну поступить в военно-морское училище и посодействовать в его реабилитации (с восстановлением воинского звания), он пошел на сотрудничество с нашими чекистами и получил псевдоним Ларк. Но, как оказалось позже, Артамонов начал вести двойную игру, о чем написал в своей книге «Прощай, Лубянка!» небезызвестный экс-генерал КГБ Калугин.

Однако двойная игра Артамонова была раскрыта в Канаде, куда его пригласили якобы на встречу с высокопоставленным сотрудником КГБ. Американские спецслужбы попросили своих канадских коллег проследить за контактами Артамонова-Шадрина, а советский агент, работавший в разведке Канады, сообщил о поступлении такой просьбы. Более того, разведчик сумел добыть отчет «наружки» о контактах Ларка с «представителем» Москвы.

До «беседы» не довезли

Артамонова решено было тайно вывезти в СССР для беседы. Руководил опергруппой тот самый генерал Калугин. Ларка выманили сначала в Австрию, якобы для установления контакта с работавшими там агентами и для обучения способам связи. Там предателя усыпили с помощью хлороформа и сделали укол со снотворным, но живым Артамонова довезти до Москвы не удалось. Он умер от сердечного приступа.

Генерал Калугин, руководивший операцией, выдвинул свою версию случившегося. Но этот случай наиболее правдоподобно описывает в своей книге «Личное дело» последний председатель КГБ СССР Владимир Крючков. Генерал рассказывает, что разработчики операции по похищению Артамонова (в том числе, медики) считали, что хлороформ и лекарства необходимо применять в крайнем случае, и лишь Калугин был против. Мало того, что похищенный был усыплен, но был допущен ряд ошибок во время разработки операции и транспортировки. В частности, Артамонову не ввели препарат, снимающий воздействие хлороформа, а вместо этого добавили «сонный укол». Крючков, ссылаясь на результаты вскрытия, которое проводилось в 4-м управлении Минздрава, отмечает, что даже с больным сердцем Артамонов «при выполнении всех требований врачей пережил бы транспортировку нормально».

Где во всех этих предположениях правда, а где вымысел — однозначно ответить сегодня нельзя. Поэтому работники военной прокуратуры Балтийского флота, рассматривая дело о посмертной реабилитации капитана 3 ранга Николая Артамонова, основывались на материалах уголовного дела, в котором нет ни строчки о перевербовке Артамонова, о его работе на советскую разведку и т.д. Военные юристы были однозначны в своем утверждении: капитан 3 ранга Артамонов — дезертир. Но статья об измене Родины в таких случаях не подходит, ибо у следствия нет никаких фактов, подтверждающих это. «Почему пошел на такой шаг командир лучшего на флоте корабля?» — однозначно ответить трудно.

Виновата любовь?

Выскажу и собственное предположение. Надо понимать, что по всем характеристикам Артамонову светила очень хорошая карьера. В свои неполные 30 лет офицер командовал новейшим эсминцем Балтийского флота, был награжден медалью «За боевые заслуги», незадолго до случившегося поступил в академию.

Но, как говорится, любовь зла. Офицер влюбился в 20-летнюю польку Еву из очень религиозной семьи. Чувства у них были искренними. О встречах командира с возлюбленной на борту корабля знал лишь ограниченный круг лиц. Артамонов вместе с другим офицером, старшим лейтенантом, неоднократно отлучался «на рыбалку». В действительности же оставлял сослуживца в условленном месте, а сам отправлялся с Евой в Варшаву или к ней домой. Так было и 7 июля 1959 года. Артамонов высадил старшего лейтенанта на берегу, взял любимую девушку и ушел на катере на прогулку в море. На борту было немного еды, ружье и две гранаты. Ни личных вещей, ни кортика, ни наград офицер из своей каюты не взял. Как свидетельствовал старшина 1 статьи Попов, они попали в сильный шторм, а утром, увидев берег, смекнули, что это Дания. Артамонов приказал старшине 1 статьи Попову ни на какие вопросы датских военных не отвечать, а о себе мрачно произнес: «Я влип».

Что ждало бы Артамонова, вернись он в Союз? Ему бы пришили аморалку, незаконный переход границы и т. д. На карьере офицера можно было бы поставить жирный крест и готовиться, как минимум, лет на 10 в тюремную камеру. Артамонов решил не возвращаться.

Военная прокуратура Балтийского флота, рассмотрев дело капитана 3 ранга Николая Артамонова, пришла к выводу, что офицер реабилитации не подлежит. Единственное, на что согласилась Военная коллегия Верховного суда РФ по представлению прокуратуры Балтийского флота — статью «измена Родины» переквалифицировать на «дезертирство», определив срок наказания уже ушедшему в мир иной Артамонову в виде 8 лет.

Валерий Громак

«Новый вторник»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru