«Большая американская шестёрка» зарабатывает на украинском конфликте

“Разумеется, американский ВПК активно работает на экспорт”

Активное вмешательство США в конфликт на Украине вызвано не только геополитическими устремлениями Вашингтона, но и приведением в движение разветвлённого механизма работы военно-промышленного комплекса страны. Этот спрут, охватывающий обширные зоны органов власти, бизнеса, науки и экспертного сообщества, заинтересован в интенсивном и продолжительном противостоянии на «самостийной» земле. Почему удары систем HIMARS по населённым пунктам Донбасса радуют не только антироссийски настроенных политиков, но и боссов ведущих корпораций, а также рафинированных интеллектуалов тамошних фабрик мысли?

Американский ВПК окончательно сложился после Второй мировой войны – примерно в 1950-х годах, когда, используя марксистскую терминологию, произошло становление системы государственно-монополистического капитализма. Именно в тот период были органично сплетены интересы Пентагона, финансово-промышленного капитала, научных учреждений и пропагандистских структур. Это позволило комплексу стать одним из локомотивов экономики и науки Соединённых Штатов.

Сам термин «военно-промышленный комплекс» впервые употребил Дуайт Эйзенхауэр в последнем обращении к нации перед уходом с поста президента США 17 января 1961 года. Именно он приложил немало усилий для формирования ВПК в том виде, в котором мы его наблюдаем сегодня. В заключительном президентском послании политик предупредил, что «следует опасаться необоснованного влияния военно-промышленного комплекса на правительственные круги».

«Мы не должны допустить, чтобы он превратился в угрозу нашим свободам и демократическому процессу»

Из заключительного президентского послания Дуайта Эйзенхауэра

Но, кажется, его никто не услышал – влияние ВПК на политику Белого дома с тех пор только росло.

К сегодняшнему дню американский военно-промышленный комплекс включает в себя промышленные концерны, банки, военные отделы различных предпринимательских объединений, научные центры, государственные структуры, комитеты конгресса, а также специальные партийные органы республиканцев и демократов, отвечающие за контакты с «оборонкой».

Со временем сформировался круг лидеров – крупных промышленных корпораций, которые в довольно жёсткой конкурентной борьбе доказали своё приоритетное право выполнять оборонные заказы.

Лидирующую группу нередко называют «Большой шестёркой» ВПК. В неё входят Boeing, Lockheed Martin, Northrop Grumman, Raytheon Technologies, General Dinamics и BAE Systems.

Несмотря на существование в Штатах конкурсной системы распределения военных контрактов, часть представителей властной верхушки напрямую заинтересована в присуждении заказов определённым военно-промышленным компаниям, констатирует младший научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, эксперт РСМД Василий Климов.

– Конгрессмены и члены их семей владеют акциями ВПК США в объёме от 2 до 6,7 миллиона долларов, а представители отдельных ведомств содействуют некоторым компаниям – принцип «вращающихся дверей». В итоге компании получают дорогостоящие военные контракты, законодатели – дивиденды за помощь в получении контрактов, а официальные лица минобороны, оказывающие содействие во время пребывания на посту, после увольнения – должность в военной корпорации, – пояснил эксперт «Октагону».

Один из лидеров «Большой шестёрки» – Boeing (штаб-квартира находится в Чикаго, количество сотрудников – более 140 тысяч) – широко известен как производитель гражданских самолётов. Его ключевое подразделение – Boeing Integrated Defence Systems – специализируется на военной продукции, такой как бомбардировщик B-52, вертолёт CH-47, беспилотники различных видов и крылатые ракеты.

Компания Lockheed Martin (штаб-квартира расположена в Бетесде, штат Мэриленд, количество сотрудников – около 130 тысяч), возникшая в 1995 году в результате слияния известной корпорации Lockheed и производителя компонентов для аэрокосмической отрасли Martin Marietta, считается крупнейшим предприятием ВПК в мире. Около 95 процентов своих доходов она получает, выполняя военные заказы. Широко известны её истребители F-16, F-22A Raptor, F-35, патрульный самолёт P-3 и другие крылатые машины.

Одна из разработок организации, ставшая широко известной в результате использования в ходе боевых действий на Украине, – реактивная система залпового огня HIMARS. Работа над ней началась в 1994 году, всего было произведено 540 единиц. В начале 2000-х заключён первый контракт на её поставку морской пехоте США.

Система использовалась американскими военными в Афганистане, Сирии, Ираке. Также состоит на вооружении у армий Польши, Румынии, Иордании, ОАЭ, Сингапура.

Компания Northrop Grumman (штаб-квартира в Вест Фол, штат Вирджиния, число сотрудников – около 97 тысяч) специализируется на судостроении, самолётостроении, информационных технологиях и электронике. Активно пополняла ряды военно-морских сил США авианосцами, линейными кораблями и субмаринами. Занимается реализацией большой кораблестроительной программы, рассчитанной на 2008–2037 годы. 30 июля стало известно, что Пентагон заключил с организацией контракт на 3,3 млрд долларов для разработки, тестирования и размещения ракетных систем защиты от баллистических ракет.

Другой лидер – Raytheon Technologies Corporation (штаб-квартира располагается в Уолтеме, штат Массачусетс, число сотрудников – около 195 тысяч) – более 90 процентов доходов получает благодаря военным заказам. Компания разрабатывала зенитный ракетный комплекс «Пэтриот», переносной зенитный ракетный комплекс «Стингер», крылатые ракеты «Томагавк» и другие виды вооружений. Своё нынешнее название корпорация получила в 2020 году, когда произошло слияние военно-промышленного гиганта Raytheon и United Technologies.

В октябре 2020-го американский минюст начал в отношении Raytheon расследование по делу о нарушении закона «О ценных бумагах». Предприятие обвинялось в фальсификации финансового учёта и подаче ложных сведений о расходах на работы в сфере противоракетной обороны.

Позднее вскрылись факты завышения стоимости работ по контракту на поставку радиолокационных станций для ВМС США. Некоторые судебные процессы продолжаются по сей день.

Василий Климов отметил, что стоимость работ нередко завышается военно-промышленными корпорациями Соединённых Штатов – в первую очередь по причине монополизации рынка обороны:

– Например, в области противоракетной обороны компании Raytheon и Lockheed Martin специализируются на радиолокационных станциях, Boeing – на производстве систем наведения, навигации и управления для боеголовок противоракет, а Aerojet и Alliant Techsystems Inc. – на изготовлении ракетных ускорителей. Кроме того, завышение стоимости работ не всегда является необоснованным – в конечную цену закладываются риски, которые могут возникнуть на этапе проектирования или производства систем вооружений.

В состав американского ВПК входит уникальное подразделение, полновесных аналогов которому в мире пока нет, – управление перспективных исследовательских проектов Пентагона (DARPA), образованное в 1958 году со штаб-квартирой в Арлингтоне (штат Вирджиния) в ответ на запуск советского искусственного спутника Земли. Эта структура занимается фундаментальными научными исследованиями, прорывными разработками, тестирует рискованные, подчас эксцентричные идеи, способные стать основой для чудо-оружия.

Официально структура имеет в штате всего 240 человек и располагает ежегодным бюджетом около 3 млрд долларов.

Однако это весьма условные показатели, поскольку управление занимается множеством не слишком растянутых по времени (от года до четырёх лет) проектов, для реализации которых привлекаются специалисты и предприятия-подрядчики.

В 1960-х именно DARPA в интересах военного ведомства и разведки занималось развитием распределительной компьютерной сети, имя которой образовано от тогдашнего названия этой структуры (ARPA) – ARPANET, позже преобразованной в интернет.

Разумеется, американский ВПК активно работает на экспорт. Главным покупателем оружия являются страны Азиатско-Тихоокеанского региона (около 40 процентов), затем следует Ближний Восток, третья строчка – у государств Западной Европы, потом идут Канада и члены НАТО в Восточной Европе.

Одним из важнейших направлений работы становится финансирование лоббистской деятельности – только в 2021 году расходы на это направление приблизились к 120 млн долларов.

Также усилилась финансовая подпитка различных аналитических центров (безусловным лидером здесь является RAND Corporation) и видных представителей экспертного сообщества, продвигающих интересы военного бизнеса. «Эрик Сперлинг, исполнительный директор антивоенной организации Just Foreign Policy, ранее работавший в конгрессе США, заявил, что нельзя недооценивать лоббистскую силу военной промышленности Штатов, представители которой хотят, чтобы военная напряжённость стимулировала спрос на оружие», – отмечало недавно китайское агентство «Синьхуа».

Именно поэтому ВПК Соединённых Штатов охотно отозвался на украинский конфликт – акции представителей «Большой шестёрки» комплекса сильно выросли в цене.

Василий Климов убеждён, что этим транснациональным корпорациям выгодно всякое международное напряжение, будь то специальная военная операция на Украине или обострение военно-политической ситуации вокруг Тайваня.

– Эта выгода проявляется не только в обеспечении прямых поставок военной помощи Украине, но и в последующих запросах со стороны восточноевропейских стран: Польши, Румынии, Латвии, Литвы, Эстонии, а также в укреплении собственной оборонной мощи Америки, – заключил эксперт.

Фото: pixabay

Евгений Берсенёв

По материалам: “Октагон”

Ранее

Спекуляция на белорусских товарах в России достигла пика

Далее

Бельский «успокаивает» петербуржцев вместо корректировки закона о реновации в пользу горожан

ЧТО ЕЩЕ ПОЧИТАТЬ:
Рейтинг@Mail.ru