Главная / Общество / Изнасилованная дознавательница из Уфы решила добиться восстановления в полиции

Изнасилованная дознавательница из Уфы решила добиться восстановления в полиции

Гульназ Фатхлисламова: «Считаю, что не порочила честь мундира»

Изнасилованная дознавательница из Уфы Гульназ Фатхлисламова решила опротестовать решение суда о своем увольнении со службы из правоохранительных органов.

 Напомним, девушка проходила потерпевшей по громкому делу: в октябре 2018 года в стенах отдела миграции ОВД по Уфимскому району полковник, подполковник и майор напоили молодую сотрудницу алкоголем, после чего надругались над ней в уборной.

Суд отправил трех бывших высокопоставленных полицейских в колонию. Все они лишились должностей. Но из органов внутренних дел за совершение проступков, порочащих честь сотрудника полиции, была уволена и сама потерпевшая.

Теперь девушка намерена доказать суду, что она не порочила честь мундира.

  — После вынесения приговора я решила, что должна написать заявление о пересмотре моего гражданского дела по вновь открывшимся обстоятельствам, — рассказывает Гульназ Фатхлисламова. — Вновь открывшимся обстоятельствам является приговор в отношении виновных лиц, совершивших в отношении меня преступления по статьям 131 и 132 УК РФ. Считаю, что в приговоре имеется достаточно оснований для того, чтобы отменить решение Кировского районного суда, где мне отказали о восстановлении на работе.

— Зачем вам это?

— Решение по этому гражданскому делу было вынесено на основании показаний свидетелей в отношении меня. Свидетелей собралось около десяти человек. Мои бывшие коллеги утверждали, что я недостойна работать в ОВД, что я аморальна, пристаю ко всем мужчинам в отделе. Противная ситуация. Эти люди намного старше меня, и они обвинили меня в том, чего не было. Но суд учел их мнения.

— Кто эти люди по должности?

— Дознаватели и оперуполномоченные.

— На момент преступления вы работали в отделе совсем немного. Успели со всеми познакомиться?

— Пятеро из свидетелей работали вместе со мной, в отделе дознания. Это взрослые люди, им за тридцать, у них есть дети. С остальными я не успела познакомиться. Даже их имен не знаю, так как они работали в отделе уголовного розыска, который находился этажом выше в отдельном здании. Суть в том, что предметом служебной проверки было именно то преступление, которое произошло 31 октября 2018 года. А эти люди начали рассказывать про корпоратив, который состоялся ранее, 5 октября, в День уголовного розыска.

— Что они говорили в своих показаниях?

— Рассказывали, что я на корпоративе оделась слишком вызывающе, вела себя распущенно, приставала к сотрудникам и в конце концов совершила дорожно-транспортное происшествие, которое скрыла от руководства. Но меня на суде выставили, будто я находилась за рулем в нетрезвом состоянии. Хотя меня довез до дома на автомобиле молодой человек, который проходил практику в отделе, но на суде он отрицал данный факт.

— Вы пробовали опротестовать эти показания в суде?

— Мы подавали ходатайство о назначении биллинга, который бы установил, что коллега отвозил меня. Но суд отказал, проигнорировал просьбу. Просто невероятно то, что бывший однокурсник, с которым мы работали в одном кабинете, обвинил меня в ДТП. Я понимаю, что все люди, которые выступили против меня на суде, попросту боялись потерять работу, так как были зависимы от начальника отдела, который имел влияние над ними. Считаю, что на корпоративе, среди своих коллег, я не могла порочить честь сотрудника ОВД, так как не находилась в общественном месте или где-либо на публике.

— Вы уже наняли адвоката?

— Сейчас мне никто не помогает. Моим прежним представителям по гражданскому делу в момент рассмотрения дела в первой инстанции поступали угрозы, если они продолжат защищать меня. Одной из них угрожали, что она не сможет работать по профессии, посоветовали думать о своей семье. Так что в этот раз я намерена сама себя защищать в суде. Я имею высшее юридическое образование и за это время достаточно набралась опыта, чтобы защитить свои права.

— Вы бы могли найти других адвокатов.

— По гражданскому делу со мной особо никто не хочет работать, так как это дело против МВД. Никто не хочет портить себе репутацию. Более того, юристы заранее спрогнозировали проигрыш.

— Почему?

— Никто не хочет, чтобы я оставалась работать в ОВД, будто это я виновна, а не в отношении меня совершили преступление. Будто я, употребляя с начальниками алкогольные напитки, сама себя довела до такого состояния, когда не могла контролировать свои действия. Якобы это и послужило причиной, которая привела к чрезвычайному происшествию. Во всяком случае, так написано в заключении служебной проверки в отношении меня.

В том же документе указали, что меня следует уволить из ОВД. Мне странно, что под «чрезвычайным происшествием» подразумевается преступление в отношении меня, изнасилование и насильственные действия иного характера. Это позор на всю страну. Оказывается, у нас человек не имеет защиты даже тогда, когда в отношении него было совершено уголовное преступление.

— После обвинительного приговора вы пробовали связаться с бывшими коллегами, может, они уже по-другому к вам относятся?

— Меня не интересует их мнение. Говорить с ними я не хочу.

— Пытались поговорить с кем-то по поводу трудоустройства?

— Нет, про трудоустройство в ОВД ни с кем не говорила. Обычно после увольнения по «порочащим честь сотрудника» не берут обратно в органы. Да и вообще, всем было наплевать, чем я стану заниматься в дальнейшем.

— У вас остались друзья в полиции?

— Нет. Их, оказывается, никогда и не было. Особенно это чувствовалось тогда, когда нуждалась в поддержке друзей, близких. Но я окрепла в одиночестве. Сейчас мне не нужно с кем-то дружить, я чуть по-другому смотрю на мир.

— Почему вы хотите вернуться на службу в полицию? Могли бы заняться, например, творчеством, вы же неплохо поете.

— Дело не в том, что я хочу работать в полиции. Я хочу сломать это решение. Я училась в ведомственном институте не для того, чтобы быть уволенной только из-за того, что это кому-то выгодно. А по творческому пути я уже иду. Надеюсь, скоро выпущу сингл. Еще я защищаю людей в судах по гражданским и административным делам.

— Чем вы сейчас занимаетесь?

— Учусь саундпродакшену, звукорежиссуре в институте. И работаю в сфере юриспруденции на себя.

— Осужденные выплатили вам материальную компенсацию?

— Мне еще ничего не выплатили, пока даже исполнительное производство не возбуждено.

— Когда назначено первое заседание?

— Судебное заседание состоится в Кировском районном суде Уфы 15 сентября. Надеюсь, прокуратура поддержит меня.

— Вся эта история со временем забывается?

— Забыть все сложно. И невозможно забыть отношение всех людей, которые воспользовались моим молчанием. Но я стараюсь не ворошить прошлое. Пытаюсь смотреть в будущее. Сейчас уже больше могу открыться миру, чтобы побороть все свои страхи.

Ирина Боброва

По материалам: «Московский комсомолец»


*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «ИГИЛ», «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джабхат ан-Нусра», «Джебхат ан-Нусра»), Национал-Большевистская партия, «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Свидетели Иеговы», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского.

Рейтинг@Mail.ru